Кто бы знал, как тяжело лишиться возможности лицезреть его полуобнаженную натуру! Вот это поистине трагедия! А самое обидное, что эта возможность есть у другой — у Керы. Уверена, от нее он не прячется под одеялом.
— Ты первый, — сказала я, указывая Максу на подарок, над которым так долго колдовала. — Нет, стой!
Поправила ягодку, что надумала сбежать со своего места, и протянула руки парня к своему творению.
— Как я по этому скучал! — улыбнулся братец, забирая клафути.
Начинку я сделала из голубики, поэтому десерт идеально сочетался с глазами Макса.
Это было непреднамеренно. Скорее, я просто много думала о том, для кого пекла.
Ладно, буду честна, Макс в принципе редко выходит у меня из головы.
Макс
— А это что? — спросил я, разглядывая нечто сродни визитки с надписью: «Сладкое в любое время».
— Абонемент, — торжественно объявила Этти. — Годовой. Покажи его — и я испеку тебе клафути или то, что пожелаешь. Можешь пользоваться им в любое время дня и ночи, но, если хочешь, чтобы я осталась такой же красивой и доброй, учти, что с недавних пор я ложусь спать в одиннадцать и меня лучше не будить.
— Просто показать? — обрадовался я в унисон с довольно урчащим желудком.
— Только лично. Для этого нужно приехать.
Я виновато улыбнулся:
— Справедливое требование.
С тех пор, как мы с Керой начали встречаться, я не приезжал к Этти по ночам. Уже успел по этому соскучиться. Неужто и ей в той же мере не хватало наших уединенных встреч?
Полетт
Подарок Макса заставил мои губы дрожать.
— Что-то не так? — спохватился он, норовя заглянуть на холст в моих руках.
Я мотала головой, стараясь не заплакать. Мне хотелось прижать подарок к груди, но в то же время я боялась даже дышать на него.
У меня есть папка, в которой сохранены все рисунки, которые мне дарил Макс. Даже кусочек гипса с бабочкой, который мне удалось выторговать у доктора лет двенадцать назад. И чувство прекрасного подсказывает, что портрет, подаренный в честь этого Рождества, станет жемчужиной моей коллекции.
— Тебе нравится?
— Он прекрасен, — всхлипнула я и уткнулась лицом в шею Макса. — Я люблю тебя!
— Взаимно, сестренка.
Хоть раз забыл бы добавить вот это «сестренка»!
Макс
Праздничный завтрак подошел к концу и пришло время разбирать остальные подарки. Этти разговаривала со своим портретом, что казалось мне очаровательным. Я надеялся, она еще не скоро перестанет это делать, но папа откопал среди груды цветастых коробок ту, что предназначалась сестренке от МакКензи.
— Что там? — интересовался я, не понимая, почему она медлит.
Девушка показала мне бумажку с надписью: «Открывай одна» и пожала плечами с выражением ребяческой радости на лице.
Конечно, Этти любит толику секретности. Даже если она будет неоправданной, эмоции сестренка уже получила. Почему я до этого не додумался?
Этти убежала в свою комнату, громко хлопнув дверью. Я то и дело поглядывал на лестницу, ожидая ее возвращения, но раньше самой девушки до находящихся внизу донесся ее смех.
— О, ты так заботлив! — услышал я возглас сестренки.
Он что, сам из коробки вылез? Что, черт побери, происходит?
Этти вернулась спустя минуту и продолжала посмеиваться, перебирая ожидающие ее коробки.
— Выглядишь как нашкодивший ребенок, — заметила мама.
— Exactement comme toi [40], когда Генри пришлось выбираться из твоей комнаты через окно, — припомнила ей бабушка.
— Так что за подарок? — Я придвинулся ближе.
Девушка только пожала плечами и смяла губы, сдерживая смех.
Ну и прекрасно. Проберусь в ее комнату и выясню сам. Для протокола: это она подтолкнула меня на скользкую дорожку.
Полетт
Я захлопнула дверь своей комнаты и завалилась на ковер. Любопытство лишило меня возможности оставить аккуратную упаковку сколько-нибудь отличимой от макулатуры. Второпях выкинула наполнитель из коробки и нахмурилась, глядя на свой подарок.
— Так, — забыла о приветствии я, как только МакКензи ответил на звонок, — почему я должна была открывать массажер одна?
— Он особенный.
Я ткнула на первую попавшуюся кнопку и ощутила вибрацию в руке. Она была достаточно громкой, чтобы парень услышал ее и, догадавшись о моем шокированном молчании, засмеялся во все горло.
— Так значит, да? — пыталась укорить его я, но не могла заставить себя быть серьезной.
— Не хочу, чтобы моя девушка была чем-то обделена.
— О, ты так заботлив! — воскликнула, добавив тише: — В следующий раз подарю тебе механическую руку.
— Договорились, — давился смехом он. — У меня день рождения в июне.
