- Конечно! Вы что, ребята, не выяснили еще? – смеется папа. - Ваши дни рождения с разницей в один день! У Эбби 4-го мая, а у Эмерсона 3-го.
Довольная улыбка расплывается на лице Эмерсона, пока он откидывается на спинку стула. Впервые с той ночи на вечеринке его взгляд направлен прямо в мою сторону.
- Да вы посмотрите, - говорит он, удерживая взгляд своих голубых глаз на мне. – В итоге я твой старший брат.
- Ох, это так мило! – замирает Дебора. – Я так рада, что вы чувствуете себя, как семья. Это дарит мне такое счастье. Как мы должны отпраздновать ваше восемнадцатилетние? Боулинг? Кино?
- Я собираюсь купить чертову тонну порно, сигареты и лотерейные билеты и устроить частную вечеринку, - прямо говорит Эмерсон. – Вы все можете с удовольствием присоединиться. Хотя, может получиться немного... Неловко.
В последнюю минуту я отвожу глаза, чувствуя, как мои щеки горят. Он изводит меня. Уверена в этом.
- Серьезно, Эмерсон, - говорит Деб, ее веселый внешний вид трещит по швам, - тебе обязательно гадить на каждую хорошую вещь, которую я стараюсь сделать для тебя?
- Не переживай, Деб. Он просто шутит, - воркует мой папа, целуя в лоб свою подругу. – Да, Эмерсон?
- Если это поможет тебе спать по ночам, друг, - коротко отвечает Эмерсон, хлопая ладонями по столу. - Сейчас, как бы весело это ни было, у меня есть дела, которые нужно решить.
Он прогулочным шагом выходит из кухни, останавливаясь на секунду, чтобы захватить из шкафа чипсы. Деб так зла на его поведение, что ни она, ни мой отец не пытаются остановить меня, когда выхожу вслед за Эмерсоном.
- Эй, - зову его, поднимаясь через две ступеньки, чтобы догнать. - Эмерсон, подожди.
- Что? Неужели я украл твой полдник? – усмехается он через плечо, подняв чипсы над головой. Его любимая игра. – Если сможешь достать, тогда получишь их!
- Ага, нет. Меня не интересуют твои чипсы, - говорю, останавливаясь перед ним на лестничной площадке. – Я просто хочу знать, мы снова разговариваем или как?
- Что ты имеешь в виду, сестренка? – спрашивает он, открывая упаковку и засовывая в рот чипсы. Этот парень даже жует сексуально. Черт бы его побрал.
- Я имею в виду... Ты больше не будешь холоден со мной? – давлю на него. – Ты избегаешь меня с вечеринки той ночью. Когда мы…
- Воу, воу, - хихикает Эмерсон. – У тебя паранойя. Я не избегаю тебя. А просто не замечал. Здесь происходит другое дерьмо. А тебя довольно легко не заметить.
- Хрень собачья, - резко говорю, делая шаг к нему. – Я знаю, ты избегаешь меня после той глупой игры в шкафу. Что-то... Произошло между нами, и…
- Я не знаю, о чем ты говоришь, - отвечает он, насмешка исчезает из голоса. - Но я знаю, что не хочу ничего слышать об этом от тебя. Окей?
- Ты не можешь делать вид, что ничего не случилось! – кричу раздраженно.
- Говори потише, - рычит он, глядя вниз в сторону кухни, где наши родители все еще разговаривают шепотом.
- Не буду. По крайней мере, пока мы не поговорим об этом, - отвечаю громко, скрестив руки. – Ты мне должен.
- Ты, бл*дь, такая невыносимая, - говорит он, проводя рукой по каштановым волосам. - Окей. Ладно. Хочешь прокатиться или сходим куда-нибудь? Это заткнет тебя?
Несмотря на контекст его предложения, мой желудок делает сальто от восторга при мысли, что мы останемся наедине.
- Конечно, - говорю я. - Давай покатаемся. Брат.
- Я надеюсь, ты понимаешь, что я просто использую тебя в качестве предлога, чтобы убраться из этого дома, - ворчит он, бросая чипсы на пол и сбегая вниз по лестнице. Я следую за ним, наплевав на то, что он использует меня. Сейчас это не так важно. Я просто счастлива, что он снова со мной разговаривает.
«Ты просто жалкая», - тихо ругаю себя. Ругать себя - это то, в чем я довольно хороша, потому что часто практикуюсь.
- Ты снова уходишь? – кричит Деб из кухни, когда направляемся к выходу. – Ты ведь только пришел домой!
- Да, мама, - вздыхает Эмерсон своим самым радушным тоном. – Мы с Эбигейл собираемся прокатиться по городу. Подышать свежим воздухом. Всего хорошего!
- Ох. Ладно. Хорошо. Вам, ребята, нужно проводить хоть немного времени вместе, - неуверенно говорит Деб. - Ум. Скоро… Вернетесь?
- Разумеется, мадам, - говорит Эмерсон, приподнимая воображаемую шляпу перед нашими родителями.
Я выхожу за ним из дома, качая головой в веселом недоумении.
- И еще я чудачка, да? – смеюсь.
- Ты еще не поняла этого, сестренка? – говорит он, шагая к Шеви, припаркованному на подъездной дорожке. – Мы два чудака: ты и я. Забирайся в машину.
Я усаживаюсь на переднее сиденье, стараясь не глазеть, пока устраиваюсь. Прежде меня никогда не приглашали в автомобиль Эмерсона. Конечно, он и его мама живут с нами несколько недель. Но все же. Будучи допущенной в этот его «священный храм» я чувствую себя довольно важной. Все, что могу сделать, это не трогать изношенные кожаные сиденья, пыльную приборную панель, словно этот автомобиль святыня парня, по которому я схожу с ума.
