— Я… я тоже этого хочу, но давай не будем делать все слишком быстро.
— Все будет в том темпе, в котором ты хочешь, но я не позволю тебе оставаться здесь, рядом с моим отцом. Я больше не позволю им управлять нашей жизнью. Они были счастливы, пока остальные страдали, и я не позволю этому случиться снова.
Долгие годы я жаждала быть любимой, но никогда не ожидала, что эту любовь найду в нем.
— А что насчет денег? Я не смогу самостоятельно оплатить учебу, не говоря уже о жилье. Мне придется найти работу, это не проблема, но…
Мой голос прерывается. Я знаю, что слишком много об этом думаю, но это большая ответственность, и я понимаю, что у нас мало шансов потянуть финансово.
Костя усмехается, явно все продумал.
— Притормози, родная. Мой отец каждый месяц переводил на мой счет столько денег, что я никогда не мог их потратить полностью. Там достаточно, чтобы нам не пришлось беспокоиться об оплате обучения или квартиры. Мы сможем забыть о твоей маме, моем отце и жить нормальной жизнью, без лжи и воспоминаний о прошлом.
— Костя, я не могу позволить тебе…
Подняв руку, он прижимает палец к моим губам, заставляя меня замолчать. Его глаза пронзают мои, успокаивая меня одним лишь взглядом.
Я не хочу спорить с ним, только не сейчас. Я должна предложить ему заботу, ведь его порезал мой отец, а мог порезать меня.
— Ты можешь, и ты позволишь мне заплатить за это. Я хочу позаботиться о тебе. Позволь мне избавить тебя от этих забот. Я в долгу перед тобой, перед нами.
— Хорошо, но только если ты позволишь мне расплатиться с тобой после.
Я, наверное, никогда не смогу отплатить ему, но я попытаюсь.
— О, ты легко сможешь вернуть мне долг, — он хмыкает, и я чувствую, как его затвердевший член прижимается к моей попке. — Ты можешь начать прямо сейчас, если чувствуешь что в долгу.
— Прекрати, ты выздоравливаешь. Ты едва смог подняться по лестнице, тебе нужно отдохнуть, прежде чем заниматься такими делами.
Лицо Кости застыло.
— Нож мне воткнули в спину, член не пострадал.
— Никакого секса, пока ты полностью не выздоровишь. Я не хочу чтобы ты получил еще какие-нибудь травмы.
Я наклоняюсь к его лицу, поднимаю руку и глажу его по щеке.
— Правда или действие?
— Правда, — говорит он, его полные губы просят, чтобы их поцеловали. — Отныне всегда, только правда.
— Может быть, действие? В последний раз. — дразню я.
— Хорошо… — он делает паузу, размышляя, пока я задаюсь вопросом, во что я ввязалась. — Поскольку секс не обсуждается… я… осмелюсь… поцеловать тебя.
Я прижимаюсь губами к его губам, прежде чем он успевает сказать что-то еще. Наши отношения никогда не будут идеальными, но мне и не нужен идеал.
Я просто люблю Костю Ивашова, сегодня, завтра, всегда.
Мой лучший друг, мой хулиган, моя любовь.
Он…
— Нам обязательно идти? — Лера дуется, и я сжимаю ее руку в своей. Теперь я понимаю, почему Кирилл так сильно опекает Диану.
— Да, мы должны идти, я хочу, чтобы все знали, что мы вместе, чтобы никто не посмел приставать к тебе, когда меня не будет рядом.
— Но ты же всегда со мной.
Она усмехается. Это правда, последние несколько недель мы были неразлучны. Пока я выздоравливал, она играла роль моей медсестры, и даже сейчас, когда я совсем поправился, мы все делаем вместе.
Мой отец успешно скрыл весь инцидент, произошедший у нас дома. Одно из не многово, что он сделал правильно. Лера не хотела, чтобы люди знали, что сделал ее отец, и я счастлив, что так оно и есть. Никто, кроме нашей семьи и Германа, не знает о произошедшем.
Я сдержал свое обещание исправить все свои ошибки, сегодня я собираюсь исправить еще одну ошибку. Я собираюсь сделать так, чтобы весь универ узнал, что она моя, и пресечь все слухи, которые могут ходить вокруг нас.
— Нам не обязательно надолго там задерживаться. Достаточно, чтобы все увидели нас вместе.
— Ты говоришь так, будто я какой-то приз и ты хочешь похвастаться.
— Трофейная жена.
— Притормози, мы только что съехались. До свадьбы еще далеко.
— Я могу подождать, но однажды ты станешь моей женой… просто для ясности. Ты будешь носить мою фамилию, а потом и моих детей.
Я не могу не усмехнуться, потому что знаю, что разговоры о будущем пугают Леру, но знаю, что она это то, что мне нужно, и хочу, чтобы она тоже это знала.
— Хорошо, когда-нибудь, — хихикает она, когда мы подходим к крыльцу.
Внутри вечеринка в самом разгаре. Громкая музыка, смех и разговоры слышны с улицы, а когда мы входим внутрь, эти звуки становятся только громче.
Я отпускаю руку Леры, а потом обхватываю ее, прижимая ее маленькое тело к себе, пока мы идем сквозь толпу. Головы поворачиваются, люди смотрят на нас, пока я веду ее через гостиную. Наши отношения все еще новы, и сплетни о том, что мы вместе, будут распространяться как лесной пожар.
Заметив Кирилла и Диану в дальнем углу большой комнаты, я решаю пойти и пообщаться с ними. По крайней мере, Лера знакома с Дианой и они, кажется, нравятся друг другу. Я бы пообщался с Германом, но в последнее время он пропал.
— Костя, — приветствует меня Кирилл широкой улыбкой и кивком головы.
