Ей почему-то казалось, этот тип не умеет нормально разговаривать.
— Поскольку Иву придётся уехать в Айвену как можно скорее, я решила, что церемония будет проходить в дворцовой часовне, через три дня, — снова заговорила Исабель и посмотрела на Антонию.
После этих слов выдержка снова изменила девушке. Она издала возмущённый возглас, пряча за ним страх — как, всего через три дня?! Нет, они не могут так поступить с ней! — резко развернулась, не говоря ни слова, и выскочила из гостиной, ничего не видя из-за злых слёз, навернувшихся на глаза. Пробежав несколько пустых комнат, Антония свернула в полутёмную гостиную, упала на диван и расплакалась, обняв маленькую подушку, выплёскивая отчаяние и возмущение несправедливостью жизни. Её, замуж неизвестно за кого, только потому, что он вдруг оказался наследником соседней страны и захотел сохранить свой третий дар?! Даже не дав Антонии время познакомиться с ним, узнать лучше, что он за человек, да вообще, а где красивые ухаживания, цветы, подарки, комплименты? Как так можно? Как они, все, могли? Тони не знала, сколько прошло времени, пока слёзы утихли и глухие рыдания перешли в судорожные всхлипы. Глаза жгло, они наверняка покраснели и опухли, ресницы слиплись. В таком виде точно нельзя возвращаться, ещё не хватало, чтобы за спиной Антонии шушукались.
Девушка выпрямилась, вытерла щёки и, пригладив волосы, встала с дивана. Что ж, ладно. Она что-нибудь придумает, точно, а ещё с Тересией посоветуется, может, подруга подскажет дельную мысль. А этого… жениха, чтоб ему пусто было, просто не будет замечать и всё! Он для неё ничего не значит и не существует, вот вообще. Тихонько фыркнув под нос, Антония вздёрнула подбородок и решительным шагом вышла из комнаты. В соседней гостиной висело зеркало, что обрадовало герцогиню, она придирчиво осмотрела своё отражение. Красноту и припухлость вокруг глаз убрала несколькими касаниями, порадовавшись, что у неё дар целителя, а не какой-нибудь бесполезный вроде умения понимать растения и животные. На щеках остался румянец, но он не портил, а блестевшие от недавних слёз глаза даже придавали шарм. Антония ещё раз внимательно осмотрела себя, поправила пару локонов, выбившихся из причёски, и сочла, что следов недавней истерики не осталось. Надо возвращаться, родители всё равно ведь найдут.
Стараясь не дать эмоциям отразиться на лице, Тони поспешила к общим гостиным и торжественному залу, надеясь, что её бегство королеву не обидело, и тётка не накажет племянницу. Антония немного побаивалась Исабель, хотя и уважала, но подчиняться дурацкому желанию выдать её замуж ради укрепления связей между странами — увольте, она не какая-нибудь там наследница! Хотя принцесса, да, королевская кровь в ней текла. Прерывисто вздохнув, Тони уняла волну раздражения и злости, под которой всё так же прятался страх и беспокойство, крепко сжала пальцы и решительно перешагнула порог торжественной залы, глядя перед собой. Всё так же играла музыка, шумели гости, слуги ловко лавировали между ними, разнося подносы с бокалами — вроде ничего не изменилось. Взгляд Антонии невольно метнулся к возвышению с тронами, и к некоторому облегчению она увидела там только короля, Исабель не было. Осталось понять, где родители и… её будущий муж. Тони передёрнуло от этой фразы, в голове никак не укладывалось, что всего через три дня она выйдет замуж. Сердце пропустило несколько ударов, герцогиня прикусила губу, проглотив ком в горле. Несправедливо, отрывать её от нынешней жизни, от друзей, семьи, и увозить в незнакомую страну! Ну какая из Тони королева, в самом деле. При мысли, что она станет правительницей целого государства, в животе всё сжималось и появлялось сосущее ощущение под лопаткой. Антонию ведь не готовили к такой ответственности, она даже не думала…
— Тони, вот ты где! Куда ты исчезла? — нетерпеливый голос Тересии прервал невесёлые размышления подруги. — Ну, ты показала своим рисунок?
— А? — Антония вздрогнула и посмотрела на Тери. Вздохнула, поколебалась несколько мгновений, а потом призналась. — Меня замуж выдают, — вышло слишком жалобно, и она поспешно добавила. — Только это между нами, Тери, договорились? Я… не хочу, чтобы знали, — помявшись, пояснила Антония и опустила взгляд на свои пальцы. — Через три дня. Ничего грандиозного, только в узком семейном кругу.
Тересия ахнула и прижала ладонь к губам, во все глаза глядя на поникшую подругу. Потом ухватила её за руку и потянула к нише с окном, полускрытой бархатной шторой.
— За Ива?! — недоверчиво переспросила шёпотом Тери, заглянув в лицо Антонии.
— Да, — та грустно кивнула. — Тётя Исабель так решила, и… и меня никто не стал слушать! — Антония отвернулась и прикусила губу, чувствуя, как обида снова жжёт изнутри кислотой. — Потому что ему хочется сохранить свой проклятый третий дар! — с досадой выпалила герцогиня и поджала губы.
— Ну… Тони, не расстраивайся, — Тересия робко погладила подругу по руке. — Королева вряд ли желает зла, может, Ив тебе ещё понравится…
