Северус несколько раз заказывал себе серебряные ножи для шинковки, но те быстро приходили в негодность, ведь подобный нож должен быть тоньше обычных. Плохо зачарованное серебро за несколько применений тупилось и гнулось, принося зельевару сплошное разочарование.
Но теперь у него был отличный инструмент, чем-то похожий на классический кулинарный нож из страны восходящего солнца, накири, и Северус невольно представлял белеющие лица шестикурсников и семикурсников на Высших зельях, когда он вооружится этим широким и немного пугающим ножиком, похожим на топорик, на занятии, посвященном антидоту против змеиных укусов или Взрывному зелью.
Пусть тогда только попробуют набросать в котлы всего, что попадется под руку!
Собственная фантазия приносила не меньше удовлетворения, чем осознание, что у него, полукровки с подмоченной репутацией, на столе в лаборатории осталось лежать по меньшей мере пять, если не шесть тысяч галеонов.
— Добрый вечер, — сказал Филиус, стоило Снейпу открыть дверь в личные комнаты мадам Пинс. — Осталось подождать только Поппи. Как прошли каникулы, Северус? Готовы к новым подвигам?
Зельевар невольно искривил губы. Как и всегда, когда маленький профессор с иронией задавал этот вопрос.
— Подвиги? Подвиги для героев, Филиус, — ответил Снейп.
«А я не герой», — добавил он про себя.
— Ну, не прибедняйтесь, Северус! — пропищал декан Рейвенкло.
— Поппи еще нет? — из маленькой кухни библиотекаря вынырнула Помона, бережно, как горшок с мандрагорой, неся деревянный ящичек, в котором на ложе из опилок покоилась чуть запыленная бутылка вина с едва читаемой этикеткой. — У нас не так много времени. Завтра вечером прибудут студенты, а я не только выспаться хочу, но и заглянуть в пятую теплицу на пару часов.
— Полноте, Помона, дорогая, — усмехнулся полугоблин. — Всем завтра надо быть в форме.
Снейп опустился в кресло и позволил себе откинуться на мягкую спинку.
— А что с пятой теплицей? — насторожился зельевар.
— Львиная лапка еще не пустила новые побеги, Северус, — понимающе успокоила Спраут. — Если ты об этом. Я каждый день посматриваю. Поппи…
— Вы обо мне? — В дверях появилась медиведьма с плетеной корзинкой. — У меня тут прекраснейший сыр от Андрэ.
— О! — обрадовалась Помона и взмахом палочки ловко извлекла принесенное, чтобы в пару отточенных жестов разделить несколько маленьких головок выдержанного сыра на продолговатые полупрозрачные ломтики. — Ирма! Где ты там?
Библиотекарь появилась через несколько мгновений, левитируя с кухни блюда с одуряюще пахнущим тонко напластанным хамоном, осьминогом в горшочках с кусочками запеченного картофеля и нежным соусом и целой горой маленьких бутербродов с перетертыми спелыми томатами, сбрызнутыми оливковым маслом.
— О, вот это дело, — одобрила Помона. — Ставь эту красоту в центр.
— Целый пир! — одобрил Флитвик, вдыхая ароматы.
— Надо иногда расслабляться, — согласилась Помона. — При студентах нормально и не поешь. Особенно на каникулах. Вроде и студентов мало, но остались ведь самые…
Филиус хихикнул, без объяснений поняв, что профессор имеет в виду близнецов Уизли.
— Так из-за чего вы меня вспоминали? — вернулась к прерванной беседе Поппи, устраиваясь в плюшевом кресле напротив Снейпа.
— Да я только говорила Северусу, что львиная лапка в этом году запаздывает, — отмахнулась Спраут. — Пусть и в теплицах, а побегов еще нет. Так что зелье от боли в горле пока не жди. Запасы хоть есть?
— Есть немного, — согласилась мадам Помфри. — Но с такой зимой… Их едва ли хватит на первые две недели после каникул!
— Так вот, мне тут кузен прислал горшок с новым сортом примулы…
Вино было налито. И разговоры о работе потекли своим чередом.
Пыхтя и недовольно сдувая со лба прилипшую кудрявую прядь, Гермиона пересекла барьер и ринулась к поезду. До отправления Хогвартс-экспресса оставалось всего несколько минут. Над платформой раздался предупреждающий звук свистка, из трубы алого паровоза вылетали столбы дыма и пара, окутывая круглые желтоватые лампы и поднимаясь к арочному стеклянному своду. Расталкивая редких провожающих и совершенно не глядя под ноги, девочка добежала до ближайшего вагона и с ходу попыталась подняться по лесенке. Руку дернуло назад, плечо прострелило болью, и Грейнджер громко вскрикнула, отпустив ручку чемодана. Пришлось спуститься, повернуть упавший назад чемодан и сделать вторую попытку.
— Вам помочь, мисс? — раздалось сзади насмешливое, и Гермиона вновь дернулась, но уже от неожиданности.
Обернувшись, девочка уставилась на застывшего совсем рядом Драко Малфоя. И тут же невольно приметила в отдалении наблюдавших за ними светловолосых магов. Похоже, это были родители Малфоя. Те казались нереально красивыми и элегантными. Как картинка из журнала о кино. Переведя взгляд на такого же аккуратненького и блондинистого мальчишку перед собой, юная волшебница недовольно наморщилась.
«Аристократы!» — про себя хмуро воскликнула Грейнджер.
