Бедняжка, кто же заставлял так торопиться. Мы с Унном и без тебя справились бы. Что ж, значит месть не всегда лакомое блюдо.
Сирин встретил победителей нежити, сидя на порожке. Вид у него был еще болезненный, да и не удивительно, столько крови пустили.
Может от общей слабости, а может от нахлынувших в одиночестве тягостных дум, выглядел волшебник потерянным и грустным. Правда, узрев нашу честную компанию, он встрепенулся, расцвел улыбкой и поспешил на встречу к своей благоверной. А та, жалобно мяукнув, прямым ходом направилась к колодцу.
Через пять минут мы имели удовольствие лицезреть умилительную сцену купания огромной кошки. Чистюля-аптекарь извел все запасы мыльного раствора отшельника, превратив рош-мах в пенную гору, отливающую на солнце радугой.
Он тер ее с таким усердием, словно решил заменить пятнистый окрас подруги на белый.
Танита покорно сносила бесцеремонное обращение со свой шкурой и только недовольно щурилась, когда мыльный раствор попадал в глаза.
Сначала я не мог понять, почему оборотень не перекинулась в человека, но потом заметил, сколько удовольствия получает от этого процесса парочка, и улыбнулся про себя.
Под конец банных процедур рош-мах расшалилась и стала вести себя как обычная игривая кошка. Она ловила руку сирин, прихватывала ее зубами, охотилась за мочалкой, а под конец, так активно встряхнулась, что окатила старательного банщика брызгами с ног до головы. Так что после ее купания парню пришлось мыться.
Купался Агаи в страшной спешке, постоянно оглядываясь на дом, куда ушла перекидываться рош-мах, и явно горел надеждой с ней уединиться.
Болезненная слабость волшебника под напором любовного желания исчезла без следа.
Мы с отшельником понимающе переглянулись и по молчаливому согласию остались во дворе, а вот Морра по обыкновению всех маленьких детей, ту же побежала следом за Агаи.
Я, представив вытянувшиеся от огорчения лица влюбленных, перехватил девочку за талию, усадил к себе на колени и спросил, - Вырезать тебе еще одну куклу?
Морра радостно кивнула. Она не расставалась с подарком отшельника ни на минуту и мысль о том, что появится вторая игрушка, явно пришлась королеве пророчества по душе. Про Таниту благополучно забыли.
Короткие, торчащие во все стороны вихры малышки щекотали мне подбородок, когда она, тихо чирикая и посвистывая, с деловым видом тыкала пальцем в выбранную Унном для нас коряжку, и без всякой обработки здорово напоминавшую человечка.
Я не великий столяр и нож привык использовать для других целей, так что кукла в итоге получилась страшненькой, но Морра осталась довольна. Она перебралась на траву, и занялась возведением для своих игрушек дома из палочек, используя меня в качестве главного помощника. Я послушно выполнял нехитрые просьбы, удивляясь, что могу получать от этого занятия удовольствие.
Унн, глядя на мои старания, добродушно хмыкнул, - Вот уж не думал, что ты с детьми станешь возиться.
А кто думал? Меньше всего я сам.
Отвечать было лень. После возвращения накатила какая то нега. То ли это был отголосок скинутых забот, то ли общее настроение подействовало, но я только пожал плечами.
- Что тебе в них? - немного помолчав, спросил отшельник.
Второй раз пожимать плечами значило обидеть старого знакомого, пришлось признаться, - Не знаю. Так получилось.
- Ты смотри, осторожнее.
Неожиданная забота Унна, не склонного к подобным сантиментам, заставила меня посмотреть ему в глаза. Странная тоска обесцветила радужку отшельника, поменяв ярко-голубой цвет на обычный серый.
Не договаривал и темнил мой старинный приятель, пришлось спросить самому, - Ты что-то чувствуешь?
Он только вздохнул, страдальчески выгнул брови, утер рукавом рот и неохотно пояснил, - Неприятности за тобой по пятам идут. Из-за твоих спутников. Которых ты уже считаешь друзьями.
Так вот что его волновало - неприятности. Да они со мной с первого выдоха, а точнее с самого зачатия. Может, наоборот впервые в жизни, какая-то цель появилась, и люди, за которых я по настоящему волнуюсь!
Эта мысль привела меня в изумление. Она рушила незримую стену, возведенную в раннем детстве, опровергала позицию - Я вам не нравлюсь, а вы мне и вовсе до одного места, будем жить рядом по принципу 'ты мне, - я тебе'.
Пытаясь осознать, не погорячился ли, я повторил крамольную мысль вслух, проверяя, насколько она режет слух.
- Вот видишь, - усмехнулся Унн и подытожил, - Веди себя осмотрительно и старайся следовать нехитрому совету: самая важная персона для мира - это ты сам.
Хорош советчик, на себя бы посмотрел, принимает у себя совершенно незнакомых людей, да и нелюдей тоже.
- И еще, - Унн замялся, словно ему не нравилось то, что он собирался мне сказать, почесал растопыренной пятерней затылок, вздохнул, как больной медведь и выдавил - Ты уж постарайся больше ко мне с женщинами не приходить!
Вот так. В принципе, я ждал этой фразы. Еще одно правило, вернее не правило, а пожелание, ведь хозяин заветной избушки прекрасно понимает - если прижмет, я явлюсь к нему даже с двумя десятками женщин. Больше, пожалуй, в его доме не уместится.
