Рождество мы отметили большущей компанией в доме Карлоса. Маслоу провел праздничную ночь в компании какой-то девушки с необычным именем Генриетта. Я не думала, что между ними всё серьезно, но, когда я увидела, как Джеймс и Генри (так Генриетта попросила называть её кратко) проникновенно танцуют, все сомнения мигом растворились в воздухе.
Логан сделал мне подарок, чего я, честно признаться, от него не ожидала. Подарком оказалось красивое и немного тяжелое колье с каким-то ярко-синем камнем, явно очень дорогое. Оно эффектно смотрелось на шее и, что главное, – не сильно выделялось. Мне всегда нравились подобные украшения: оно переливалось на свету и играло разноцветными бликами.
– Я подумал, что оно будет идеально смотреться с твоим новым платьем.
Какой он внимательный!
– Прости, – произнесла я, сжимая в руках колье. – Я… Я не думала, что ты подаришь мне что-нибудь… У меня нет подарка для тебя, Логан.
– Нестрашно. Я в нём не нуждаюсь.
Я улыбнулась и продолжила разглядывать колье.
– И сколько стоит эта красота?
– Мэдисон, это подарок. Тебе не обязательно знать, сколько я за него отдал.
В самый разгар ночи я сидела за столом и безо всякой охоты уминала за обе щеки салат. Все вокруг веселились и танцевали.
– Хочешь потанцевать? – вдруг предложил Логан, который уже прилично нахлестался шампанского.
– Ты же не любишь!
– Ну и что? Сегодня же праздник, как никак.
Я не ответила и осушила фужер красного вина. Хендерсон приобнял меня за талию и спросил на ухо:
– Ну так? Идём?
– Как тебе отказать? – усмехнулась я и встала. – Пошли.
Мы танцевали медленный танец долго, до тех пор, пока мужу не поплохело от большого количества алкоголя. Он отошёл, а я решила прибрать со стола. Взяв несколько тарелок, я направилась к кухне, как на моём пути возник Пена и, засмеявшись, воскликнул: – Мэдисон! Поставь! Завтра утром уберёмся!
– Конечно, – ответила я, но тарелки всё-таки отнесла.
На кухне я задержалась, села на диванчик у окна и над чем-то задумалась. Из ванной вышел порядком протрезвевший Логан и уселся рядом.
– Чего ты здесь? – поинтересовался он.
– А ты чего?
– Ну… От музыки у меня уже бошка болит, а без тебя в зале делать всё равно нечего…
Я промолчала.
– Тебе не весело, – нахмурился Логан.
– Зато ты, я смотрю, зажигаешь!
Он хохотнул.
– За Джулию я переживаю, – созналась я.
– Зачем? Она не маленькая девочка, за которой глаз да глаз нужен.
– Я знаю это. Но всё равно боюсь. Знаешь, будто не она, а я жду ребенка.
– Да не стоит так нервничать, – утешил меня он. – Идём лучше к остальным!
– Ты прав. Идём.
Мы направились к гостиной, но у выхода из кухни Хендерсон вдруг остановился.
– Что-то не так? – не поняла я.
Он указал пальцем куда-то вверх. Я подняла голову и увидела, что прямо над нами висит омела.
– Ты же знаешь, что это значит? – с какой-то лукавостью в голосе спросил муж.
– Конечно!
Мне стало немного неловко, но внешне я этого не показала.
– Догадайся, о чем знаю я, – произнес Логан, не снимая улыбки с лица.
– Боюсь, не догадаюсь.
– Я знаю о том, Мэдисон, что на этот раз нам никто не помешает.
Он схватил меня за талию и притянул к себе. Я тут же почувствовала запах алкоголя и слабую боль от его сильных рук. Я заглянула ему в глаза и первой подалась вперёд. Сначала на своих губах я ощутила его сбитое дыхание, а затем почувствовала, как он накрыл мои губы своими. Мы слились в долгом, проникновенном поцелуе, и всё это время, что наши губы были вместе, я ощущала такое блаженство и радость, какое не испытывала ещё никогда.
Я отстранилась первая. Дыхание Логана сбилось вовсе, он улыбнулся мне и спросил:
– Теперь идём?
– Да, – чуть не задохнувшись, ответила я и покраснела.
Утром я проснулась с воспоминанием о поцелуе. Меня почему-то пугала мысль о том, что мы с Хендерсоном поцеловались. А что, если всё изменится? Вдруг мы станем целоваться чуть ли не на каждом шагу? Или вовсе станем настоящей парой? Такой поворот событий явно меня не устраивал! Не знаю, чем именно, но не устраивал.
Однако все последующие дни Логан молчал о том, что произошло в эту рождественскую ночь. Я тоже не зарекалась о поцелуе. А может, он вовсе не помнит этого? Хотя навряд ли он забыл…
Ну и что? Господи! Поцелуй был, ну и что тут такого? Скорее всего, для Хендерсона он ничего не значил, поэтому он и молчал. А я, глупая! Уже не знай что себе представила…
Но однажды, когда прошло уже около половины месяца, Логан всё же заговорил о поцелуе. Это случилось, когда мы возвращались в “Рузлес Рекордс” после обеденного перерыва.
– Мэдисон, я… Между нами все как раньше?
– Ты о чём? – Я сделала вид, что не понимаю, о чём речь.
– Мне казалось, ты как-то изменилась после той ночи.
– А мне казалось, что ты вовсе забыл об этом.
– Нет, – честно ответил он. – Я не мог такого забыть. Ну так… Всё же как раньше, правда?
– Логан, у нас был всего лишь поцелуй! А ты тут такую сцену разыгрываешь, будто мы переспали.
Он нервно хохотнул, а я задумалась. Ведь правда? Всё же на самом деле так, как раньше?..
ЛОГАН
