Даша тайком рассказала ему о дочери. На глазах Макса выступили слёзы, сердце зашлось небывалой тоской, но внешне он остался спокоен.
— Я рад за неё. Спасибо, что сообщила. Думаю, материальных проблем там нет? Моя помощь не требуется?
Услышав холодный ответ, Дашка покрутила у виска. Ох, как бы ему хотелось вытрясти из неё все подробности. Но надо было убедить всех, что Арина ему теперь чужая.
Разият вела себя, как ангел. Максу грех было жаловаться. Когда в первый день он поехал на встречу с редакторами ток-шоу, Разият вымыла всю квартиру, в которой за время отсутствия хозяина успел поселиться запах пустоты и заброшенности. Вернувшись, Макс буквально обалдел.
— Боже мой, Разият! — воскликнул он, оглядывая сверкающую квартиру. — Для этого существуют клининговые компании. Деньги у нас есть. Совсем не обязательно горбатиться целыми днями.
— Мне не сложно, — пролепетала Разият. — Не сердись, пожалуйста.
— Господи, разве я сержусь?!
Но в противовес своим словам Макс, действительно, начинал сердиться. На неисправимую рабскую покорность жены, которую, похоже, не так легко будет из неё вытравить. Слишком глубоко всё это впиталось в неё с самого детства.
— Так, собирайся, пойдём в ресторан, — решительно заявил он, не в силах больше оставаться наедине с этой полуженой-полурабыней.
С ней было сложно. Но зато как приятно открывать для этой диковатой, но, в целом, любознательной девочки мир большого города. Ему было странно, что кто-то ещё не видел Красной площади, не бывал в Третьяковке, не бродил по аллеям Парка Горького. Разият смотрела на всё широко распахнутыми глазами, позволяя Максу посмеиваться над её наивностью. Макс фотографировал жену на фоне московских достопримечательностей на новенький смартфон и посылал их Аслану. А сам тайком листал новостную ленту в поисках новостей об Арине Вернер.
Оттуда он узнал, что Арина вернула свою девичью фамилию, и теперь свободна. Что уехала в Калининград и работает над открытием очередного филиала “Мукавы” и фабрики при ней. А также заметил, что высокий худой финн, представитель “Мукавы”, часто мелькает на фотографиях рядом с ней. Макса охватывала ревность. Взгляды финна были более чем красноречивы, а Арина улыбалась и уверенно опиралась на его руку на очередном мероприятии.
Надо ли говорить, что после триумфального возвращения и воссоединения с любимой группой, предложения выступлений посыпались одно за другим. Макс с аппетитом голодного схватился за работу. Руки быстро восстановили форму (он мысленно поблагодарил Аслана за постоянную практику), в голосе появились брутальные нотки, взгляд стал более серьезным, точно скрывающим какую-то тайну. Поклонницы визжали от восторга. На одном из концертов Макс увидел Кристину. Нет, нет, нет, только её здесь не хватало! Он поспешил удалиться и решил, что нужно срочно ехать на гастроли. Хоть куда. Лишь бы избежать объяснений и рискованных встреч.
Предложение от продюсеров выступить на открытии калининградской “Мукавы” выглядело насмешкой. Ехать туда, где она, с кем нельзя видеться, нельзя говорить. Которую нельзя обнять и кому нельзя сказать о своей любви. Но оно же было и огромным искушением. Это же просто работа, правда? С ним будет Разият. Его страховка. Вернее, страховка Арины и их дочери. А она… Она, наверняка, будет со своим финном. “Марципан” исполнит несколько хитов и уедет. А он сможет взглянуть на любимую ещё разок. Всего один раз. Перед тем, как снова расстаться на неопределённый срок. Возможно, он вызовет гнев Аслана. Но, если он будет себя вести сдержанно, ничего ведь не произойдёт? Макс чувствовал, что не простит себе, если не рискнёт. Когда ещё ему выпадет такой шанс? Сейчас у него, по крайней мере, есть оправдание: ему предложили работу. И они поехали…
Максу даже в самых страшных мыслях не мог себе представить, что такое могло случиться. Разият. Маленькая, робкая, вечно испуганная Разият в шторм пошла на пирс? Это было настолько нелепо, не похоже на неё. По номеру гостиницы ходили полицейские, задавали бесконечные вопросы.
— Я был в Светлогорске, — обхватив голову, без устали повторял Макс. — Мы играли на частной вечеринке. Ленина, 32. Да, конечно, свидетелей полно. Вернулся в два. Разият не было.
