Этот звук раздражает - поневоле начинаешь рассуждать о жизни! Порою время летит незаметно - особенно, когда желаешь, чтобы это мгновение длилось целую вечность. Я всё время чувствую что-то похожее рядом с Кириллом! А порою назло время тянется немыслимо долго, заставляя отсчитывать каждую секунду. Иногда - просто мешает спать, как мне сейчас. Но никогда не стоит на месте - непрерывное движение. Когда оно началось? Когда закончится? Да и возможно ли это? Несомненно! Для кого-то всё закончилось в эту самую секунду, когда я додумала мысль. Их десятки, сотни... Раз - и надоедливое тиканье прекратилось навсегда, поставив жирную точку на чьей-то истории. Расчет окончен - выйти из строя!
Тот же отсчет ведёт и сердце: ухает прямо в голове, не позволяя заснуть. Сколько ещё ударов отмеряно? Сколько вообще ударов вмещает человеческая жизнь? Каждый из них может стать последним.
Я перевернулась на другой бок, накрывшись одеялом с головой. В детстве это всегда помогало, если вдруг тени в углу комнаты внезапно оживали, или казалось, будто под кроватью кто-то возится. Страшно... Откуда вообще берутся эти мысли, от которых хочется уткнуться в подушку, заглушая отчаянный крик? Снова слезы. Почему я плачу? Не знаю - от этого хуже всего! Прошлое давно позади, но мой персональный кошмар преследует меня с той самой ночи, когда началась "игра". Ещё тогда в походе меня мучили страшные сны, из-за чего спать удавалось только урывками, но я не думала, что они продолжаться. Почему эта история не отпускает меня? Разве мало того, что было?
Я ещё раз перевернулась. В соседней комнате послышался шум - не хватало разбудить родных! Хотя, если честно, опасаться стоит лишь бабули. Дедушку не разбудит и табун лошадей, вломись они сейчас в дом и начни гарцевать по залу. А вот бабушка... У неё есть удивительная способность чувствовать то, что чувствуют другие. Смотрит в глаза, словно в душу. Вот и в Кирилле что-то углядела, а я не спросила... Толи она сверхчеловек, толи просто хорошая бабушка (на мой взгляд, можно смело ставить знак равно между этими понятиями!), но она всегда всё знает и печется о нас, даже если нам это не особо нравится. Но сейчас и её особых умений не нужно - у меня все на лице написано. Вот зайдет она, что я скажу? Прости, реву, как ненормальная, просто потому, что захотелось всплакнуть? Странный ответ, но что поделать? Такая уж я вернулась домой. И хотя Кирилл и остальные ребята никогда не поднимают тему похода, мне кажется, что у всех нас после него нелады с психикой...
Я решительно сдернула покрывало и ступила босыми ногами на стылый деревянный пол. Всхлипнула, вытерла щеки и на ощупь пошла к двери с намереньем незамеченной пробраться в ванную. В такие моменты, как этот, я себя ненавидела. Такое случалось пару раз в месяц: внезапно объявившаяся тоска превращала более-менее жизнерадостную меня в безнадежно-жалкое запуганное существо. Я острее чувствовала течение времени и обращала внимание на детали, о которых раньше не задумывалась.
В доме было тихо. Пахло травами и уютом - этот запах всегда ассоциировался с безопасностью. Из комнаты напротив доносились громкий дедушкин храп, от которого почти дрожали стены, и размеренное бабушкино дыхание. Я прокралась по коридору, аккуратно ступая по полу, который то и дело жалобно поскрипывал, и оказалась в ванной комнате. Из зеркала на меня смотрело взъерошенное чудо с зареванным лицом и покрасневшими слегка опухшими глазами. Я улыбнулась отражению, с удовольствием отметив, как в потускневших зелёных глазах зажигаются изумрудные огоньки, и тут же поморщилась - пересохшая нижняя губа треснула, и во рту послышался солоноватый привкус. Подавив приступ тошноты, откинула волосы в сторону, прополоскала рот и умылась. Длинные черные пряди норовили упасть в раковину, заставляя раздраженно отводить их назад. Обрежу, раздраженно думала я, прекрасно понимая, что рука не поднимется. Как и у многих других девушек, волосы - моя гордость. Прямые, блестящие, но не как обычно у черноволосых с холодным синим отливом, а с тёплым золотым.
Вот, теперь другое дело, подумала, окинув себя довольным взглядом. Так же тихо вернулась в комнату и снова улеглась в кровать. Тепло, темно и спокойно - после таких вот эмоциональных разгрузок наступает ощутимое облегчение, словно и не было никаких слез всего пару минут назад. Почти тихо. Мешает только курлыканье уток на озере за двором, гулкий шум машин, проносящихся по ночной трассе с бешеной скоростью, дедушкин храп, пусть немного приглушенный, но всё же...
Тик-так.
Да что ж такое? Завтра нужно избавиться от этого старого барахла!
Тик-так...
Настойчивые тихие удары медленно заполняют сознание - никуда не скрыться!
Тик-так...
Я могу спать почти в любых условиях: в машине, метро, автобусе, на лекциях, даже стоя. Когда выдаётся свободная минутка мы с моим организмом, не сговариваясь, отключаемся, чтобы путешествовать в бесконечных просторах сна.
Тик-так...
