– Лекси, ты разве не хочешь, чтобы чудесный вечер и закончился чудесно? Прогулка под ночным небом, мы вдвоем, я знаю, девушки такое любят.
Если бы Сай сказал это со снисходительностью, то точно получил бы туфлей по голове. Только вот мужчина смотрел на меня необыкновенно серьезно, с волнением дожидаясь ответа.
«Да что я теряю то?!»
– Ну раз другого выхода нет, – желание пококетничать не позволило сразу согласиться, и я деланно вздохнула. – Хорошо, давай погуляем.
На счет одних в городе менестрель все же преувеличил: людей по улицам было достаточно много. Компания подвыпивших парней, наряд стражи, влюбленная парочка…
Впрочем, на других я практически не смотрела, а Сай старательно пытался развеселить меня и болтал обо всем подряд.
Идти с ним под руку оказалось настолько приятно, что я даже на гудящие ноги внимания не обращала. Да и возвращаться в трактир совершенно перехотелось. За порогом сказка кончится, и вряд ли Сай продолжит так ласково гладить мои пальцы, и тепло улыбаться, и помогать обойти яму, и обнимать за талию. И еще много всяких «и».
Центр остался позади, мы свернули на узенькую улочку. Здесь оказалось значительно темнее, людей не было вовсе.
«Может быть, Сай меня поцелует?»
Мысль была непрошенная и совершенно лишняя, вот только прицепилась подобно репью к одежде.
Сердце забилось вдвое чаще, руки вспотели, по спине пробежала дрожь.
Стоило же Саю остановиться и повернуться ко мне, как я вовсе затаила дыхание.
– Вы только посмотрите, какие к нам залетели птички! – хриплый голос разрушил всю романтику.
ГЛАВА 4
Я медленно обернулась. Ощущение было такое, словно четверо мужчин соткались из мрака. Эдакие ожившие ночные кошмары, явившиеся, чтобы разрушить мою сказку. Они даже выглядели блекло и размыто: потрепанная одежда, невыразительные лица, хриплые голоса.
– Пташечка, давай проверим, а золотые ли у тебя перышки? – лунный свет отразился от большого изогнутого ножа.
– Только не шумите, зачем зря тревожить покой горожан? – просьба второго звучала бы даже вежливо, не подкидывай он в руке кинжал. – Попробуете пикнуть – замолчите навсегда.
Сглотнув, я поспешно обернулась к Саю. В конце концов, барду наверняка приходилось бродить по самым разным улицам, в том числе и населенным всяким сбродом, а значит, и общаться с грабителями он умеет.
Вот только менестрель не спешил оправдывать мои ожидания. Он вообще ничего не делал, просто замер на месте и перепугано таращился на разбойников.
– Сай, – я толкнула его локтем в бок, намекая, что пора бы уже брать себя в руки и спасать меня.
Один из мужчин остался на месте, поглядывая по сторонам, а трое двинулись вперед, вынудив нас пятиться и отступать в переулок. Там было еще темнее, мы словно погружались в черноту, но я не сомневалась, что скоро уткнемся в глухую стену. Уверенность и наглость «птицеловов» не оставляли сомнений: ловушку они подготовили заранее, а значит, не стоит и пытаться кинуться наутек.
– Боги учат делиться с ближними. Чем с нами поделитесь вы? – второй, с щетиной, начал возвышенно, но договаривал уже с усмешкой, алчно осматривая нас.
Липкий взгляд ощупал от макушки до кончиков туфлей. Когда я вышла из примерочной, Сай смотрел похоже, вот только в его взгляде сквозило восхищение, а сейчас меня пытались разобрать по частям и оценить подороже.
– Ничем, – я помотала головой и попятилась.
Собиралась вжаться в Сая, а еще лучше, вовсе спрятаться за мужчиной, но менестрель уже уперся в стену, и мне деться оказалось некуда.
– Ага, жадничаете! А жадность – это грех! – просиял грабитель с ножом. – Значит, мы сделаем доброе дело, если проучим вас.
– Да нам делиться просто нечем! – несмотря на прохладную погоду, меня прошиб холодный пот.
Нож продолжал блестеть в лунном свете, разбойник не спешил, но, кажется, ему как раз доставляло удовольствие издеваться и пугать. Еще бы! В другое время я бы на подобных типов смотрела с нескрываемым презрением, а сейчас вынуждена дрожать от страха и молить о снисхождении.
– Честное слово, у нас нет денег. Иначе мы бы карету наняли, а не пошли пешком. Сай, ну скажи им! – я затормошила оцепеневшего менестреля, дернула за веревку кошеля. – Вот, он пуст!
– Неужели все до последней монеты прогуляли? Как недальновидно, – грабитель недовольно цокнул языком.
А потом, игнорируя вывернутый в доказательство кошель, коварно схватил за руку и дернул к себе.
– Отпусти! – сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз, и я забилась в железной хватке.
От мужчины несло потом и дешевым спиртным. Не обращая ни малейшего внимания на мои трепыхания, он принялся сосредоточенно ощупывать меня. Обхватил шею, больно дернул за ухо, скользнул по руке.
– Птичка, а где твои блестяшки? Если спрятала, лучше отдай сразу, – теперь он дернул меня за волосы, заставив сдавленно охнуть.
– Да говорю же, нету! – на глаза навернулись слезы.
– К такому платью полагаются рубины. А еще лучше, бриллианты, – проявил удивительное знание моды второй разбойник.
Ощутив, как обнаженной кожи касается острое лезвие, я оцепенела. Сердце продолжало гулко стучать где-то в животе, по спине покатилась струйка пота.
