– На базе «Уран» я был главным программистом, – медленно кивнул Игошин. – Да, я работал с мозгом Палача… пока меня не оттеснил Краевский… знаете, интриги, подковерная борьба… Краевский был немного… ну да не будем плохо о мертвых. А почему вас это интересует?
– Потому что я разыскиваю Палача.
– Но почему вы решили разыскивать его здесь? Кстати, как вы попали на «Гею»?
– Не уклоняйтесь от темы, Федор… Геннадьевич?.. Григорьевич?..
– Гаврилович. И не Федор, а Фома.
– Никогда бы не догадался. Так что, Палач у вас тут не появлялся?
– А почему он должен был тут появиться?
– Не надо все время отвечать вопросом на вопрос, Фома Гаврилович, – попросил я. – Меня это начинает раздражать. А вы же не хотите раздражать яцхена?
– Никто не хочет раздражать яцхена, – слабо улыбнулся Игошин. – Но Палача здесь нет и никогда не было. Чем еще я могу вам помочь?
Я замолчал. Мне начало казаться, что мы понапрасну толчем воду в ступе. С чего я вообще взял, что здесь могут отыскаться следы Палача? С того, что он собирался пробраться на «Гею» и найти доктора Игошина? Ну вот – я на «Гее», передо мной доктор Игошин… и он ничего не знает.
Или все-таки знает?
Не знаю, почему я решил, что Игошин мне врет. Может быть, его голос звучал не совсем искренне… А может быть, дело в пистолете, который он зачем-то держал в ящике стола… Зачем держать под рукой пистолет, если ты не ждешь нападения? В кого собирался стрелять доктор Игошин, кого он боялся? В общем, у меня зародились смутные подозрения – и я решил пустить в ход угрозы. Они работают лучше уговоров.
Я выпустил один-единственный коготь и демонстративно отхватил им уголок стола. Потом приставил это тончайшее, почти прозрачное лезвие к горлу Игошина. Тот нервно сглотнул.
– Я вызову охрану, – пригрозил Игошин.
– Не успеете, Фома Гаврилович, – мягко сказал я. – Мне очень жаль, но я должен узнать правду. Сами расколетесь, или мне устроить аутодафе?
– Аутодафе?.. – недоуменно моргнул Игошин.
– А что? Я прошел обучающий курс. Правда, на права сдать не успел…
Не думаю, что он воспринял мои слова всерьез. Ну кому вообще может прийти в голову, что последние месяцы я провел на Земле семнадцатого века, стажируясь у великого инквизитора Торквемады?
Но зато он воспринял всерьез мой коготь. Для пущей убедительности я выпустил и все остальные. Шесть рук медленно изогнулись, заключая голову Игошина в чудовищный бутон. У него на лбу выступил пот, а я надеялся лишь, что жертва не вздумает дергаться. Если Игошин попытается вырваться, то изуродует себе лицо. Я, конечно, смогу его вылечить с помощью моей тканевой жидкости…
– Хорошо, я скажу, – неожиданно произнес Игошин. – Уберите когти.
Надо же, сработало.
– Так что, Палач здесь был? – радостно спросил я.
– Был… – медленно кивнул Игошин. – И есть… Хотите на него взглянуть?
– Так он что, здесь?!
– Понимаете, Палач – очень нестабильная система… Его программа… Он должен находиться под постоянным контролем, понимаете?.. Впрочем, давайте лучше я вам просто покажу.
Доктор Игошин провел меня в соседнюю комнату, подошел к стене и отчетливо произнес:
– Иван Сергеевич Тургенев охотится на бекасов.
–
Не успел я удивиться такому странному паролю, как в стене отодвинулась скрытая панель. За ней обнаружилось еще одно помещение – по размерам не больше душевой кабины. И там стоял Палач.
Он ничуть не изменился с тех пор, как я его видел в последний раз. Разве что сейчас его глаза были закрыты, а из затылка тянулся толстый кабель, подключенный к металлической коробке на стене.
Итак, все это время Игошин парил мне мозги. Интересно, а его собственное начальство вообще-то знает, что у него тут робот-убийца? В этом шкафчике Палач чем-то напоминает порножурнал, спрятанный под кроватью от родителей.
Впрочем, такие аспекты меня не касаются. Я просто доставлю Палача Йехудину… или сначала отчитаться перед Джемуланом? Это будет сложнее. Одно дело прыгнуть прямо отсюда в Додекаэдр, и совсем другое – вытаскивать Палача с «Геи». Он весит полтора центнера. А если его включить… хрен знает, что там у него за музыка сейчас играет в башке. Вдруг опять в драку полезет?
Стоп. О чем я вообще думаю, какой еще Додекаэдр? Опять забыл, что меня ограничили в правах. Сам-то я прыгнуть смогу, но перетащить Палача уже не выйдет. Или выйдет? Палач же не человек, а робот. Фактически неодушевленный предмет. Он считается за пассажира или все-таки за дополнительное багажное место? Кабы знать…
– Могу ли я еще чем-нибудь вам помочь, Олег Анатольевич? – нервно спросил Игошин.
– Можете. Помогите мне его отсюда снять.
– То есть… вы что, собираетесь его забрать?!
– Угу. Что-то имеете против?
– Вы… но… – замялся Игошин.
– Что-то имеете против? – повторил я.
У Игошина опустились плечи. Он секунд двадцать морщился, пытаясь подобрать слова, а потом вздохнул и попросил меня отойти.
