– Мы вернемся назад, если сможем. Келли сумеет вас найти.
Я протянула шарф, которым завязывала волосы. Баглос отдал платок, а Д'Натель снял стоптанные сандалии. Паоло было нечего дать, но Келли подъехала к нему и выдернула волосок из взъерошенной макушки.
– Аи! – Паоло схватился руками за голову.
– Мы еще увидимся! – прокричал шериф. Келли уже неслась навстречу солнцу, крупный темный конь Роуэна мчался за ней.
– Да пребудут с тобой твои боги, Грэми Роуэн. И с тобой, Келли, – крикнула я.
Д'Натель с Баглосом уже добрались до середины реки, догоняя их, я оглянулась, едет ли Паоло. Мальчишка застыл у места слияния потоков, глядя то на один отряд, то на другой. Не успела я окликнуть его, как он прикрикнул на Молли и поскакал на запад вслед за Грэми Роуэном. О его безопасности можно не беспокоиться.
Восточная дорога не понравилась мне с первого шага. Стены расселины становились все выше и неприступнее с каждым шагом, в некоторых местах вода заливала песок от стены до стены. Один раз тропа вообще исчезла, нам пришлось брести по мелководью, пока мы снова не вышли на нее.
Еще час пути, и стены превратились в гладкие скалы. Приближался вечер, и в расселине становилось все темнее и мрачнее. Съежившись в седле, я часто поглядывала наверх, снова убеждаясь, что надо мной нет крыши. Небо было по-вечернему синим, но на дно ущелья уже спустились сумерки, принудив нас замедлить шаг. Тропа сильно разрослась в ширину, журчащие отовсюду ручейки сообщали о существовании боковых потоков, готовых сбить нас с толку. Весенние ручьи оставили в ложе реки углубления, превратившиеся в ловушки для путников теперь, летом, когда сами ручьи пересохли. Над головой появились первые звезды, а мы так и не нашли подходящего для ночевки места. Оставалось надеяться, что Огненный Шип не оступится.
Мы двигались без каких-либо происшествий, пока принц не отдал тихий приказ остановиться. Мы спешились, расседлали коней, достали еду и одеяла, пробираясь на ощупь в темноте. Баглос притащил с берега кучу хвороста и положил между нами.
– Мой господин, все вокруг сырое и зеленое. Я не смогу развести огонь. А горячая еда и тепло помогли бы нам восстановить силы. Если бы вы могли сделать так, как тогда в грозу…
– Думаю, не стоит, – возразил принц. – С тех пор как мы разделились, я не чувствую погони. А каждый раз, когда они снова нападали на наш след, я занимался магией. Я начинаю думать, что чем чаще я прибегаю к подобным вещам, тем легче меня найти.
В его словах была логика. А что до меня, я слишком устала, чтобы страдать от отсутствия удобств. Есть давно перехотелось, я мечтала только раскатать одеяло и вытянуть усталое тело на сырой земле. Я попросила разбудить меня, когда настанет моя очередь дежурить.
– Или, если надо, я покараулю вместе с тобой, – сказала я Д'Нателю.
– Эта ночь не так темна, как предыдущие, – ответил он откуда-то из сумрака. – Бояться нечего.
Проваливаясь в сон, я смутно ощущала, что забыла что-то важное, но была слишком уставшей, чтобы вспоминать.
Баглос разбудил меня, когда полоска неба над нами все еще была усеяна звездами.
– Все спокойно, – доложил он, пока я пыталась прийти в себя. – Когда я сменял принца, он сказал, наши преследователи еще не знают, где мы. Он спит.
И Баглос быстро присоединился к Д'Нателю. Вскоре я услышала уже знакомое мне негромкое похрапывание. Привалилась спиной к утесу и немедленно обнаружила, что спина промокла насквозь. Рядом не было ни одного сухого места. Лечь обратно и не заснуть не удастся, значит, либо придется сидеть, не имея возможности к чему-либо прислониться, либо ходить взад-вперед, при этом умудриться не наступить на товарищей и не свалиться в реку. Часы до рассвета тянулись ужасно медленно.
Утро коснулось неба гораздо раньше, чем дна ущелья, но даже в сером свете я обнаружила и источник непрерывного шума, и причину, по которой так и не смогла найти ни одного сухого места, чтобы прислониться. До сих пор я не встречала ничего подобного. Влага просачивалась сквозь поры в каменной стене. Если бы небо не было таким ясным, можно было подумать, что над утесами льет дождь. Густой мох, крошечные красные цветочки и изящные темно-зеленые лозы с гроздьями маленьких бордовых ягод росли из мокрой скалы, образуя красочный вертикальный садик. Это зрелище заставило меня увидеть расселину совсем другими глазами.
– Древнее лицо, которое плачет.
Я подскочила. Д'Натель стоял у меня за спиной.
– Ну конечно! Третья подсказка. «Когда поднимешься по древнему лицу, которое плачет…» – Я вглядывалась в серо-голубую полоску неба над ущельем. – Но как по нему можно подняться? Скала уходит строго вверх и крошится под рукой. Да и зачем посылать нас сюда, если мы должны оказаться наверху? Наверняка есть более простой путь.
– Полагаю, все прояснится, как и в случае с остальными подсказками.
