— Я выступаю от имени Д'Арната, отца моих отцов, — ответил принц, оставаясь сидеть, хотя он полностью переключил свое внимание на зида. — Кто посягает на это святое место?
— Те, кто отвергает Д'Арната и его отпрысков. Мы не признаем ваших притязаний на эту постройку, так выспренне названную святой. Этот Мост и все вокруг беззаконно умаляют права твоего собственного народа. И обитатели этого жалкого мира, — он сделал широкий жест рукой, — уже давно заявляют, что не желают магии дар'нети.
— Я принимаю вызов. Я не стану жертвенной овцой для тебя, зид.
Жиано усмехнулся.
— Я и не ждал другого.
Принц спокойно сидел. Ждал.
— Кого ты выбрал защитником этого мира, Жиано?
— Как бы я ни хотел быть единственным противником, Д'Натель, и выпустить последнюю кровь Д'Арната своим мечом, битва должна быть справедливой. — Он щелкнул пальцами, и женщина-зид вышла из комнаты. — Настало время покончить с рабством, насажденным вашей семьей. В отличие от твоих спесивых предков мы не лишаем прав обитателей этого обыденного мира, не навязываем им будущего. Мы только показали им, что сделали Д'Арнат и Дж'Эттанн, чтобы подчинить их мир Авонару, этой дряхлой развалине, готовой сосать кровь младенца, лишь бы продлить свою жизнь еще на миг. Нет. В этом мире есть свой достойный противник, тот, кто мечом защищает эти земли и их правителя.
У меня перехватило дыхание. Вот что я упустила. Жиано мог не называть имени этого защитника, господина, прибывшего ночью, того самого господина, которого отправили на запад отвечать на вызов какого-то «восставшего вождя». Плотно сбитый зид оттащил меня в туман, клубящийся по стенам комнаты, и Томас не увидел меня, войдя в дверь вслед за женщиной. Как он был великолепен, одетый в алый шелк, тонкую кожу и отделанный рубинами плащ, который мог носить только защитник короля, и с древним мечом Защитника Лейрана. Отлично сбалансированный, прекрасно выкованный и закаленный — лучшего клинка не было во всех Четырех королевствах. Но где же его спутник, господин Мацерона, ухмыляющаяся змея, которая выскальзывает из-под каждого лежачего камня в Четырех королевствах? На какой-то миг Томас остался один.
Мой брат, казалось, почти не замечал странной обстановки, он смотрел только на принца. Он фыркнул, когда Д'Натель поднялся ему навстречу.
— Это мой противник, бросивший вызов моему правителю?
Хотя они оба были одинакового сложения, принц казался оборванцем рядом с Томасом: босой, с синяками на лице, с кольцами засохшей крови на лодыжках и запястьях, в старом черном плаще Роуэна, плотно перехваченном перевязью. Д'Натель недоумевающе разглядывал Томаса. Только когда он внимательно изучил его лицо, увидел его медно-рыжие волосы, недоумение отразилось на его лице.
— Это какая-то шутка, зид? Нам не за что драться с этим человеком.
Томас прервал ухмыляющегося Жиано раньше, чем тот успел ответить.
— Я никакая не шутка. Я Защитник Эварда, короля Лейрана и Валлеора, протектора Керотеи и Искерана. Никто не смеет посягать на права моего господина.
— Я не посягал на права вашего короля, — ответил принц. — Я противостою Жиано и его хозяевам, разорившим наши земли, унизившим мой народ сверх всякой меры, убившим моего отца и братьев и мечтающим уничтожить и меня, раньше чем я исправлю сотворенное ими зло.
— Меня не волнуют ваши личные раздоры, — выплюнул Томас. — Маги вашего народа явились в Лейран незваными, поправ наши законы и традиции. Ты заявляешь, что ты правитель соседнего королевства, но ты не отнесся к нашему королю как к своему царственному собрату. Вместо этого ты тайно рыскал по всем Четырем королевствам, совершая убийства и шпионя. А эти странные Ворота, разве ты не заявлял, что это принадлежит тебе по праву, и разве не могут твои воины вторгнуться в наши земли по тому тайному ходу, который начинается за ними?
Кто-то прекрасно его подготовил.
— Ты не понимаешь, во что тебя втянули, — возразил Д'Натель. — Я не стану сражаться с тобой. Я уважаю вас и признаю вашего короля.
Томас выхватил из ножен длинный меч, легкий, гибкий, острый клинок Защитника Лейрана, на его рукояти сверкали рубины.
— Я понимаю достаточно. Откажешься биться — умрешь от моей руки. По нашим законам тебя было бы правильнее сжечь. Но поскольку ты явился из другого мира, я предлагаю тебе достойную смерть. — Он шагнул ближе к принцу. Д'Натель стоял неподвижно, расслабив руки, с оставшимся в ножнах мечом. Я снова попыталась заговорить, остановить то, что должно вот-вот произойти. Но Жиано лишь усмехался моим попыткам. Путы, связавшие мой язык, были так же крепки, как рука зидского воина, удерживающая меня. Я не могла произнести ни звука, а мой брат не видел меня.
Острием отлично заточенного меча Томас сделал длинный разрез у ворота Д'Нателя.
Принц не шевельнулся.
— У меня нет претензий к тебе, господин.
