— Может, и не придётся. По крайней мере я все сделаю для того, чтобы этого не случилось. Ещё перед отплытием в Калифорнию отправил на родину людей, чтобы они немного сбили с царя спесь и показали, что в эти игры можно и вдвоем играть.
— Ты что, царя убить хочешь? — тут же всполошился отец.
— Пока нет, но если надо будет, и секунды думать не буду. Пока у государя мои люди маленько почистит его окружение от сподвижников, которые лично инструктировали наших потенциальных убийц. Притом сделают это так, что у многих в Петербурге сон пропадёт надолго. Они, суки, должны точно знать, что все под богом ходят и могут в любой момент внезапно умереть. Страшно умереть.
— Вряд ли это поможет, у царя подобных людей много.
— Может, и не поможет, посмотрим, как оно будет. Но в любом случае сейчас нам о другом думать надо.
Отец с удивлением на меня посмотрел, а я улыбнулся и спросил:
— Ты как, не желаешь англичанам отомстить за попытку убийства нашей семьи?
Отец подобрался и уточнил:
— Каким образом? Англия ведь далеко.
— Зато колония её близко и не одна. Здесь Канада, рядом с Папуа — Австралия, есть где погулять.
— Мне предлагаешь заняться Канадой? — спросил отец и, дождавшись от меня кивка, сказал:
— Для победы понадобятся все имеющиеся в Калифорнии силы. Забрать их на войну — это оставить беззащитными все здешние поселения. Риск огромный и неоправданный.
— Не надо отсюда никого забирать. Часть необходимых сил уже находятся там рядом, добивая Компанию Гудзонова залива и приводя в чувство местных индейцев. В общей сложности староверы перевезли туда около пяти тысяч казаков. Плюсом сейчас из Хоккайдо перевозят десять тысяч обученных правильно воевать японцев. Этих сил, учитывая помощь некоторых индейских племен, должно с лихвой хватить для победы над немногочисленными английскими гарнизонами.
— А с артиллерией как обстоят дела? — тут же уточнил отец.
— Лучше, чем можно было бы ожидать. По минометам вообще вопросов нет, отдам сколько скажешь, как и по боеприпасами к ним. С пушками тоже все нормально, их сейчас изготовлено под три сотни, и это только шестифунтовых. Количество орудий более мелкого калибра посчитать сложно, их много.
Отец потянулся как сытый кот и произнес:
— Тогда не вижу препятствий, разве что флот бы ещё заиметь в Атлантическом океане, но и так все может получиться неплохо.
— И флот будет, пусть и не особо большой, но достаточно зубастый. Точное количество вымпелов пока озвучить не могу, но кораблей пятнадцать, может, двадцать в помощь тебе придут. Сасун Давидович над этим работает, благо, что желающих нагадить англичанам в Европе хватает, поэтому флот придет, да и некоторое количество наемников привезет, но сколько их смогут навербовать, я не знаю.
— Очень интересно, — протянул отец и спросил: — В Австралию Александра отправишь?
— Да, ему сейчас это нужно, по-другому даже не знаю, как его отвлечь от тоски по погибшим родным.
— Надеюсь, Романа в Россию воевать не отправишь? — почему-то серьёзным тоном спросил отец.
— Нет, он в Индонезии будет португальцев с испанцами в чувство приводить.
— Да уж, всех родственников под ружье поставил. Не слишком силы распыляешь? Может, не стоит пытаться успеть везде и всюду? Не разумнее было бы громить врагов по очереди? — зачастил отец с вопросами.
— Нет, в самый раз. Чем больнее мы сейчас щелкнем по наглым носам европейцам, тем проще будет в дальнейшем с ними воевать. Пусть попробует вести боевые действия на таких расстояниях, не имея баз снабжения. Весёлое для них может получиться занятие. Да и другие мои сюрпризы помогут им осознать некоторые простые вещи. В общем, зря они все к нам полезли, пусть теперь не жалуются.
Интерлюдия
— Зачем ты все это затеял? Неужели не понимаешь, что эти твои англичане пользуются тобой, как сами хотят? Я понимаю, что они помогли тебе сесть на престол и, как ты помнишь, была не против, но сейчас зачем ты роешь сам себе могилу? Ты хоть понимаешь, что ты наделал? Или тебе твоя португальская шлюшка весь мозг выела? — яростно выговаривала сыну Мария Федоровна.
— Да понимаю. Неудачное стечение обстоятельств не позволило мне покончить с этим делом, и моя фаворитка здесь ни при чем. Зря я дал столько воли Багратионам и не приказал извести их раньше, как советовали умные люди. Но ничего ещё не закончено, скоро мои люди исправят свои ошибки, и все вернется на круги своя.
— Александр, а ты не думал, что Багратионы в ответ могут поступить точно так же, как и ты? Что ты будешь делать, если они по твоему примеру начнут посылать убийц уже по твою душу?
— Не посмеют, — ответил император, чуть ли не перейдя на визг.
— С чего бы это? — уточнила Мария Федоровна и, не дожидаясь ответа, добавила, протянув сыну лист бумаги: — Пётр Иванович прислал мне письмо, ты его внимательно почитай и хорошо подумай, прежде чем предпринимать ещё какие-то шаги в отношении этой семьи.
Император, читая письмо, которая дала ему мать, не смог сдержать эмоции. Он то краснел как помидор, то бледнел словно выбеленное полотно, а дочитав, прошипел:
