Англичане, надо отдать им должное, всегда славились своей разведкой, интригами и умением нагадить своим противникам чужими руками. Поэтому не было ничего удивительного в том, что они смогли переиграть нашу контрразведку и организовать в Канаде восстание индейцев. Правда надолго это восстание не затянулось, его стремительно и очень жестоко подавили сами же индейцы из тех, которые пошли к нам на службу.
В общем, никакого значения это восстание не имело и ничего не решало, но вот тот факт, что через французских советников англичане смогли наладить диалог с плененными императорами, быбесил меня конкретно. Да так, что мне пришлось тратить драгоценное время на наведение порядка. Отхватили по полной программе все причастные, я даже с отцом поругался из-за его безалаберности. Вот всем он хорош в управлении княжеством, но это его преклонение перед императорами мне непонятно и злит до невозможности. С какого перепугу он вбил себе в голову, что они избранные и что он ниже их по положению, хрен знает, но факт остаётся фактом. Поэтому мозги вправлять пришлось по-взрослому, и я не уверен до конца, что мне удалось сделать это на все сто.
Но это ладно, хвосты всем причастным накрутил, заставил работать как должно, а не как хочется, и, слегка успокоившись, организовал что-то вроде посиделок с императорами. В этот раз мы впервые разговаривали, приняв предварительно по пять капель. Просто почему-то я был уверен, что на сухую они не смогут воспринять всю серьёзность моих слов, вот и замутил пикник на природе. Правильно поступил — ещё и потому, что изначально выбил их из колеи, уведомив, что их пребывание в заключении подошло к концу.
Наверное, из-за того, что мне, по сути, было пофиг, поверят они мне или нет (в мыслях я уже был возле жены с детьми), восприняли они мой рассказ очень серьёзно. Собственно, чтобы проверить сказанное мной, им долго ждать не придётся, ведь о том, что меня скоро не станет, я тоже рассказать не постеснялся.
В общем, хорошие получились посиделки, плодотворные, а весть об освобождении оказалась очень своевременной.
Как признался чуть позже Наполеон, моё решение об их освобождении и стало соломинкой, сломавшей хребет верблюду. Он ведь на полном серьезе думал скорешиться с англичанами на зло всему, а Александра — по понятным причинам — и подбивать на это не требовалось, он и так за англичан голосовал обеими руками.
В общем, все сложилось как нельзя лучше, императоры отправились по домам, а я, соответственно, вместе с отцом отбыл в Калифорнию.
Рассказывать о том, как сам провел отведенное мне время, не стану, лишнее это — ещё и потому, что было грустно и радостно, я находился в предвкушении и в определённом смятении чувств от того, что мне придется оставить здесь родных людей. Про детей вообще молчу, больно об этом говорить, а тем более думать.
А вот про события, происходившие в это время во всем остальном мире, я в двух словах поведаю.
Все-таки Наполеон — это монстр в человеческом обличии, по-другому не скажешь.
После возвращения на родину он не стал дожидаться окончания подготовки к противостоянию с Англией. Он сумел потихоньку сосредоточить довольно приличную по размеру армию рядом с портовыми городами, соседствующими с Ла-Маншем, заблокировал на неделю возможность кому бы то ни было уйти в море от берегов Франции и дальше сотворил невозможное. Он просто дождался приличного волнения на море и в самый разгар непогоды отправил к берегам Англии все, что только могло плавать, с десантом на борту.
Понятно, что некоторые суда погибли, а другие потерялись и достигли суши совершенно не там, где планировалось, но основная масса кораблей выполнила возложенные на них задачи и доставила войска в нужное место.
Дальнейшее противостояние с Англией превратилось, по сути, в ожидание капитуляции британцев. Как бы они ни пыжились и не пытались мобилизовать поголовно все население для отражения вторжения, а противопоставить закаленным в многолетних войнах французам ничего внятного не смогли. Большая часть острова была оккупирована в течение пары месяцев, и англичанам ничем не смог помочь их многочисленный флот.
Когда неожиданно для всех в Англии высадился ещё и российский корпус, прибытие которого англичане тупо прозевали, сомнений в результате противостояния не осталось ни у кого, и Англия сдалась на милость победителей.
В общем, к окончанию обещанного мне года жизни этот мир перевернулся с ног на голову, и я уходил на перерождение с чувством выполненного долга и радостью на душе.
Что самое прикольное, к моменту моего ухода в Калифорнию неожиданно прибыл российский император, который Николай. Официально он приехал как бы с дружеским визитом, а на самом деле, как он выразился, попрощаться. Да и интересно ему было посмотреть, как все будет происходить на самом деле, ведь я не просто умру, а, по словам божественной сущности, в одночасье рассыплюсь прахом по примеру стариков. Рассказал я об этом Николаю во время разговора с ним в Питере, вот ему и стало интересно, да так, что он не удержался и прибыл посмотреть на это лично.
