Мама как услышала, что этот херрр собирается заняться моим обучением, её чуть кондратий не хватил. Пришлось мне вмешаться и объяснить немцу, с чем связана такая реакция, а потом ещё маму уговаривать, чтобы она не отправила тут же нового управляющего куда подальше.
В общем, обошлось все благополучно. Ещё если бы не этот порыв мамы самостоятельно начать моё обучение…
Сделать это она решила нетривиальным путем.
После нападения на усадьбу у нас непонятно откуда появился чуть не десяток детей разного возраста. Нет, понятно, что это дети слуг, работающих в усадьбе, непонятно только, почему они возникли только после нападения. Но ладно, это дело десятое.
Мама не придумала ничего лучше, чем сделать меня командиром детского отряда, притом в подчинение мне она отправила детей пяти-семи лет, всего у меня было аж пять подчиненных. Но и это ещё не все, нам в обязанность вменили присмотр за довольно внушительным стадом гусей. Сотни полторы этих кричащих, гадящих где не попадя, да ещё и больно щипающихся птиц выводили меня из себя похлеще почившего Жозефа Степановича, земля ему стекловатой.
В общем, мне пришлось неслабо напрячь свой малолетний мозг, чтобы придумать, как отбояриться от такого счастья.
Придумал.
Хоть и жалко было малолетних детей, но себя жальче, поэтому я и замутил операцию Ы. Чтобы никто не догадался.
Между усадьбой и селом, чуть в сторонке, у нас есть относительно небольшой пруд, ну или, может, озеро, раз дамбы я там не обнаружил. Но это неважно. Главное, что гуси по определению большую часть своей жизни проводили на этом водоёме, питаясь там ряской или какими-нибудь головастиками, не знаю точно.
Так вот, я каждое утро, когда нужно было выгонять гусей на так называемый выпас, строго-настрого велел детям не пускать гусей в пруд, аргументируя это тем, что те могут утонуть. Надо ли говорить, в каком состоянии дети были к вечеру, весь день отгоняя гусей от воды?
Родителей малышей хватило на два дня, они понаблюдали за этим безобразием и пошли к маме просить оградить их детей от меня-монстра.
Мама, естественно, попыталась разобраться в ситуации и вызвала меня на правеж. Когда до неё дошло, из-за чего весь сыр-бор, спросила, зачем я решил отгонять гусей от воды.
Я прикинулся дураком и сказал, что переживаю за их здоровье, вдруг они утонут. На это мама ответила:
— Гуси не могут утонуть, они же плавать умеют.
— Ага, на усадьбу тоже не должны были нападать, но напали же, — тут же парировал я. — Нет уж, раз поставили меня ответственным за гусей, никакой им воды. Боюсь я за них.
В общем, на этом моё гусиное командирство закончилось.
Мама далеко не дура и прекрасно поняла, что так из меня человека не сделать.
Случилось за это время и ещё одно событие, которое изрядно меня порадовало и вообще подняло мне настроение.
Недели через полторы после нападения ко мне подошли Егор и трое авторитетных солдат, вместе с которыми мы планировали оборону усадьбы, с просьбой, а вернее — с предложением. Они хотели съездить к охотничьему домику почившего дворянина и распотрошить его заначку. На вопрос, почему они не подошли с этим к маме, Егор ответил не задумываясь:
— Барыня ни за что не разрешит.
— Хорошо, допустим. У меня зачем разрешение спрашивать, если вы можете и втихаря все провернуть?
Егор посмурнел лицом и ответил:
— Никак нельзя без разрешения. Случись что, и князь с нас шкуры спустит.
— А если разрешение даст пятилетний пацан, то не спустит? Случись что.
— Тогда тоже мало от него не покажется. Но приказ есть приказ, этим все можно объяснить. В вас же княжья кровь, и этим все сказано.
Вот такая вот здесь солдатская правда.
Честно сказать, влазить в эту авантюру мне не особо хотелось. Только-только разобрались с проблемами, и наживать новые «случись что» совсем не хотелось. Но и солдат, которые себе уже напредставляли залежи сокровищ, обижать не хотелось.
В итоге я разрешил, но с условием, что они обойдутся без убийств, если обнаружится в этом доме охрана, в чем я не сомневался. Потрошить заначку уехали десять солдат, и их не было четыре дня. А когда они вернулись, я даже слегка потерялся от размышлений, как распорядиться добычей и при этом не привлечь внимание мамы. Просто мне-то рисовалось, что если заначка в подполе охотничьего домика, то это что-то небольшое. В действительности солдаты привезли четыре битком набитые телеги. Им пришлось даже взять из добычи часть денег на телегу и лошадей, чтобы доставить все в имение.
Как бы там ни было, а все обошлось благополучно. Охрана домика была, считай, никакой. Один бухой старик, спеленать которого, не засветив лица, проблемой не стало. А в домике — огромное количество дорогого хорошего товара.
