Франц открыл дверцу автобуса.
— Мне надо попасть в Вену, в фирму «Окружное строительство». Я не ошибся?
Шофер нетерпеливо сделал ему знак войти. Когда автобус тронулся, он сказал:
— Там ведь написано!
Франц пропустил замечание мимо ушей, он был рад, что в результате все так удачно вышло с этим автобусом. Он сел и, как все остальные пассажиры, попытался еще немного вздремнуть. Но это ему удалось лишь на какие-то две минуты. Он вдруг испугался несшегося навстречу грузового фургона, который, казалось, неминуемо должен задеть автобус; потом он окончательно проснулся, так как в автобусе был зверский холод.
Он поднял дорожную сумку, в которую уложил свои вещи, и прижал ее к себе в надежде хоть немного согреться. Согреться он не согрелся, но мог хотя бы положить на нее подбородок и постараться заснуть для разнообразия.
Как только автобус подъехал к столице, Франц сразу проснулся. Он хотел видеть улицы Вены, ведущие к месту его новой работы. Он несколько раз приезжал в Вену на мопеде и убедился, что надо запомнить название каждой улицы и каждой площади, иначе из этого лабиринта не выберешься.
Франц бывал здесь слишком редко, чтобы хоть немного ориентироваться в городе. Как-то он был на футболе, потом раз — в Пратере и оба раза плутал и с трудом находил нужное ему шоссе. Поэтому сейчас ему нравилось не самому блуждать по этим улицам, а катить в автобусе. Неприятное чувство, которое он испытал перед въездом в город, порожденное, видимо, страхом перед новой работой и перед новым, незнакомым начальством, совсем исчезло, пока он ехал по городу. Автобус свернул в боковую улицу, откуда видна была часть огромной стройки.
«Вот было бы здорово…» — подумал Франц и только тут сообразил, что даже не потрудился спросить Бетрая, на какой же стройке ему предстоит работать.
Когда автобус миновал и эту улицу и поехал по усыпанным щебнем дорогам среди множества недостроенных зданий — и не каких-нибудь несколько метров, а наверно, с добрый километр, — тут уж Франц и вовсе не поверил, что может быть такая стройка. В первый момент ему показалось, что кругом просто ужасающий хаос.
Удивление его еще возросло, когда он прочитал на большом деревянном щите: «Высотное и подземное строительство. Главный инженер Пошенель».
«Это же совсем не та фирма», — подумал он и представил себе, в какое трудное положение он мог попасть. Но тут он увидел еще один деревянный щит и на нем надпись: «Нова. Строительная компания с о. о.[2] Вена — Грац».
Франц опять поверил, что это и есть нужная ему фирма.
Автобус остановился. Франц начал озираться в поисках щита с надписью «Окружное строительство». И тут с облегчением заметил название фирмы, правда не на деревянном щите, а повсюду: на строительных бараках, грузовиках, на лесах и бетонных башнях, и везде — красные буквы на желтом фоне.
Франц последним шел к выходу из автобуса, чтобы не загораживать дорогу другим. Он хотел спросить шофера, к кому он должен обратиться. Но шофер его опередил:
— Иди вон туда, к бараку. И переоденься. Кто-нибудь за вами придет. Ты тут не один, есть еще несколько новичков.
Франц хотел бы спросить еще кое о чем, но промолчал, вылез из автобуса и пошел к длинному приземистому бараку.
«Есть еще несколько новичков, — подумал он. — Что-то их не видно. Один я».
Он взял себя в руки и решил тут, в раздевалке, вести себя так, словно уже месяц сюда ходит.
В бараке длинными рядами стояли узкие шкафчики, куда рабочие вешали свою одежду. Франц спросил одного из них, кто тут распределяет шкафчики.
— Да их полно свободных, — последовал ответ.
— Но у вас у всех они на замках, — сказал Франц, считавший, что и ему следует получить от фирмы висячий замок.
— Сам должен принести, — пояснил ему рабочий. — А на сегодня запри его ногтем.
Франц отыскал свободный шкафчик и переоделся. Что говорили рабочие, переодевавшиеся рядом, он не понимал. Это были югославы.
— Новенькие здесь есть? — крикнул кто-то.
Франц, ничего не успев убрать, бросился к двери.
— Я здесь! — заорал он еще на бегу и вскинул руку, чтобы его заметили. Он обрадовался, что наконец появился человек, который распорядится им.
— А остальные? — спросил этот человек.
Франц сразу же определил, что это десятник. На нем не было ни спецовки каменщика, ни синей куртки, как у большинства подсобников, а был он одет в обычный потрепанный костюм: коричнево-серый клетчатый пиджак с отвисшими карманами, кожаные бриджи и старую штирийскую шляпу.
— Мы здесь, — раздался чей-то голос из дальнего угла.
— Да идите же сюда, идите! — нетерпеливо крикнул десятник.
Их оказалось трое, все они не успели еще переодеться.
— Значит, вы плотники, верно? — осведомился десятник.
«Пока что дело дрянь», — подумал Франц.
Но эти трое ничего не ответили, только озадаченно переглянулись.
— А может, нет? — напустился на них десятник.
— Мы — разнорабочие, — сказал один из троих.
— А я каменщик, — заявил Франц.
Десятник взбесился.
— Вот задница! Я всегда это говорил! А как мне теперь прикажете опалубку делать без плотников? А?
