Когда Шеони решилась задать этот вопрос одной из местных женщин. Та охотно объяснила, что все дело было в румийских торговцах, которые вместе с тканями и другими товарами привозили еще и рабынь, экзотическая внешность которых нравилась детям степи. Поэтому у Атан было много ат-тани из чужих земель. Эти девушки все время вносили в их быт что-то новое. Отсюда и шли основные различия и отступления от традиций. Эта новость немного встревожить Шеони. Ведь ее всю жизнь приучали к тому, что законы народа степени незыблемы. Но, как это ни странно, именно среди Атан она почувствовала себя почти, как дома. Причем не в доме своего отца, а именно "дома". В месте, где ей было уютно и комфортно. Здесь среди Атан никто не оборачивался ей вслед. В поселке встречались девушки с намного более необычной внешностью, чем у нее. А еще здесь никто и не думал смотреть на нее с презрением только из-за того, что ее мать была ат-тани. Потому что если в положении жен и почти-жен еще были различия, то детей от них никто не делил.
Муж оставил ее на попечение старше жены рэма Атан и все время пропадал где-то с воинами и странным древним, который не отходил от него ни на шаг. Молодой воин, за которым она ухаживала всю последнюю декаду, тоже уже не нуждался в ее опеке. Он почти поправился. И теперь его не нужно было развлекать разговорами, чтобы отвлечь от боли заживающей раны.
Шеони невольно улыбнулась, вспомнив вечера у походного костра. Когда молодой воин с непривычно коротким именем Хор падал с ног от усталости. Он был слишком горд, чтобы это показать. Поэтому самостоятельно расседлывал коня, а потом буквально валился на свой соху. Его рана еще не окончательно зажила, но он не показывал свою боль. Шеони догадывалась о ней только по его замедленным движением и гримасам, изредка искажавшим его черты. Устроившись на соху, раненый долго не мог заснуть. И тогда, чтобы отвлечь его, Шеони подолгу разговаривала с ним. Наверное, она за всю жизнь не говорила так много, как за эти несколько дней. Но это оказалось так удивительно приятно – говорить. Просто говорить, не опасаясь, что получишь окрик за неосторожное слово. Зная, что тебя действительно слушают, давая возможность выговориться. И ей совсем не было обидно, когда молодой воин засыпал под ее размеренную речь. Потому что на следующий вечер он снова подзывал ее, и она могла рассказать все, что не успела.
В поселке Атан Шеони оказалась предоставлена самой себе. Поэтому когда прибежала младшая ат-тани хозяина дома, в котором ее поселили, и сообщила, что приехал торговец, девушка не смогла отказаться от искушения и не посмотреть на него. Она же никогда не видела торговцев. Тем более из загадочной Румии. Той самой, откуда привозили прекрасные ткани и необычные украшения, а еще ароматные благовония, которые так любила старшая жена ее отца.
Торговец не впечатлил Шеони. Невысокий толстячок в поношенной дорожной одежде совсем не привлекал к себе снимания. Зато две телеги, тщательно укрытые кусками серого сукна, так и манили взгляд. Казалось, только откинь полотно, и из-под него появятся горы несметных сокровищ. Девушке хотелось посмотреть на них поближе, но она не осмелилась подойти. Опасаясь рассердить охранников, сопровождавших груз купца. Воины выглядели грозно, хоть и непривычно для Шеони.
Ее новые знакомые из Атан оказались посмелее. Женщины тоже не стали подходить к повозкам. Зато им удалось переговорить с рабынями, которых торговец вез то ли в подарок, то ли на продажу. За девушками тоже наблюдали, но не так внимательно, как за тюками с поклажей. Да и куда они могли посреди поселка степняков? Поэтому их удалось расспросить. Обе девушки были румийками. Они выросли в рабстве, поэтому спокойно относились к своему незавидному положению (то ли привыкли, то ли считали подобное в порядке вещей). И с женщинами Атан общались очень охотно, расспрашивали о жизни среди степняков. Все-таки им предстояло жить среди этих людей.
Степнячки отнеслись к рабыням благосклонно. Но Шеони, с детства приученная распознавать малейшие признаки недовольства на лицах старших тани и ат-тани, заметила и несколько недовольных взглядов. Будь девушка легковернее, она сразу же забыла бы о них. Но Шеони давно привыкла к тому, что неприятности могут произойти в любой момент. Именно поэтому она и обратила внимание на детали, которые не заметили остальные во время разговора с девушками рабынями, и потом, когда рэм Актар собрал своих гостей за одним столом…
За дни вынужденного ожидания Джай исходил поселок Атан из конца в конец. Пару раз он устраивал тренировки для аштари и даже, о чудо, поговорил с Натаэлем. Эльф изменил манеру своего поведения, и общаться с ним стало гораздо легче. Теперь он не казался каменной статуей не способной на малейшее проявление эмоций. Но разговор у них получился какой-то уж очень не однозначный и оставил после себя неприятный осадок. У Джая даже создалось впечатление, словно эльф принимал его за кого-то другого.
