– Конечно, рэм Джай,– неожиданно расхохотался посланник хагана и дернул поводья своего коня, заставляя того тронуться с места.
Из Караша они выбирались долго. Большому отряду было трудно передвигаться по извилистым улочкам. А для Джая эти два часа были особенно долгими. Только когда проходные ворота оказались у него за спиной, юноша смог облегченно вздохнуть. Он оглянулся на город, с которым у него было связано одни неприятные воспоминания, и подумал, что не хотел бы сюда возвращаться.
От города они отъехали достаточно далеко – на половину дневного перехода. Пора было бы уже остановиться на привал. Но Райн выбрал странное место для остановки. На первый взгляд здесь не было ничего необычного. Просто открытый участок земли без травы или деревьев. Но, судя по тому, как насторожился Лар, когда они подъехали ближе, Райн не зря привел их именно сюда.
– Твои воины могут спешиться, но пусть крепче держат лошадей,– сказал посланник хагана и первым соскочил на землю.
Джай, а потом и все остальные спешились и встали полукругом, удерживая лошадей за поводья (Хор на всякий случай еще и Шеони придерживал за локоть). Пока Райн рисовал на земле что-то непонятное для большинства членов отряда, Джай с нескрываемым интересом наблюдал за ним. И хотя прошло уже почти пять лет с тех пор, как он увлекся азуром (языком настолько древним, что никто не помнил его звучания, и только маги использовали его в своих ритуалах), не узнать знаки, которые ему показывал мастер Риам, было невозможно.
Вон тот – "роу" – символ направления, а этот "аю" – вызов, следом "ола", "хы", "сио" и "тоу" – символы сторон света. Были еще несколько знаков, которые Джай не знал, но общий смысл был понятен ему и так – Райн собирался отправить сообщение.
В Империи использовали мыслепочту. Но в Хаганате, похоже, предпочитали старые проверенные методы. Впрочем, Джая удивило даже не то, что Райн знал азур, а то, насколько хорошо он его знал. Чувствовалось, что древний язык степняк изучал тщательно. Под присмотром хорошего учителя-каллиграфа. Правда, Райн пририсовал "тоу" слишком длинный хвостик, отчего он стал похож на "тай" – символ воды. Но это была единственная оплошность, которую заметил молодой лорд.
Степняк продолжал рисовать – и рядом с символами сторон света появились еще несколько знаков: "ита" – приветствие, "лид" – белый, "шеен" – готовность… Райн рисовал их по кругу, и кольцо из древней вязи вот-вот должно было замкнуться. Заклинание активировалось в тот момент, когда последний символ замкнул круг.
А через минуту на том же месте появился диск портала. Он был настолько большим, что в него спокойно смог бы проехать всадник. Но кроме размера и непривычного зеленоватого оттенка он ничем не отличался от переходов, которые строили мастер Риам или тот же Барус. Поэтому Джай узнал его без труда. А, узнав, непроизвольно поморщился. Перемещаться через порталы он любил.
– Вам лучше поторопиться,– сообщил Райн,– проход не будет держаться вечно.
Джай кивнул ему в ответ, а потом повернулся к Лиаму и остальным и произнес:
– Крепче держите лошадей – они не видят перехода, но чувствуют его, поэтому могут испугаться. Когда окажетесь по ту сторону – сразу же отходите, чтобы не мешать остальным.
– Да, рэм,– ответил за всех Лиам.
– А ты разбираешься в переходах,– хмыкнул Райн,– часто путешествовал?
– Несколько раз,– пожал плечами Джай.
Отвлекшись на посланника хагана, он пропустил момент, когда сначала Зим, а потом и Сиг, скрылись за зеленоватой дымкой, заполнявшей. Следующим должен был идти он сам.
Переход, как обычно, встретил его пронизывающим холодом, от которого мгновенно заледенело все тело, и перехватило дыхание. Это ощущение было мимолетным. Но, даже очутившись по ту сторону портала, Джаю казалось, что он все еще продолжает мерзнуть. Юноша зябко передернул плечами, а потом торопливо потянул поводья, заставляя лошадь отойти в сторону. Сделал он это очень вовремя, потому что уже через мгновение из портала появился Лар. И только после этого юноша огляделся по сторонам.
Они оказались на широкой площадке, мощенной камнем (портал открылся прямо посреди нее). Здесь свободно разместились бы полсотни всадников. Так что их маленький отряд занял едва ли пятую ее часть. Со всех сторон площадку окружал лес. Причем это была не та жалкая поросль, иногда встречавшаяся в восточных провинциях Империи. И даже не рукотворные насаждения, которые развела вокруг своей столицы лавиэнская королева. Это был самый настоящий лес. С вековыми деревьями-великанами, так плотно переплетавшими свои ветви, что редким солнечным лучам удавалось пробиться сквозь этот непроницаемый живой щит. С непролазными зарослями подлеска, такими густыми, что они казались единой монолитной стеной, непреодолимой не только для всадников, но даже для простых путников. С едва различимыми извилистыми тропинками, вьющимися среди необхватных стволов. Это был великолепный лес. И именно поэтому ему не было места в Хаганате. Его земля, иссушенная солнцем и ветрами, никогда не смогла бы родить такое чудо.
