Однажды днем солдаты спецподразделения проводили обыск в «Сити Инн Отеле» и вернулись ни с чем, поэтому решили передохнуть в соседнем доме. Это было обычным делом. АОИ не нужны ордеры или разрешения. Когда обстановка была относительно спокойной, солдаты их спец-подразделений занимали чей-нибудь дом, чтобы урвать несколько часов отдыха и чем-нибудь перекусить. Иногда во время тяжелых боев они даже врывались в дома местного населения и использовали хозяев в качестве живого щита, точно так же поступали и федайины. В тот злополучный день они выбрали дом, в котором прятался мой отец. Шин Бет не знал о происходящем. Никто из нас не знал. Никто не мог предсказать или предвидеть того, что солдатам приглянется именно этот дом именно в этот день. И когда они пришли, «так случилось», что отец оказался в подвале. «Пожалуйста, не приводите сюда собак, — попросила солдат хозяйка дома, — у меня маленькие дети».
Ее муж боялся, что солдаты найдут Хасана Юсефа и арестуют их за укрытие беглого преступника. Поэтому он пытался вести себя естественно, не показывая страха. Он велел своей семилетней дочери подойти к командиру и пожать ему руку. Тот был очарован маленькой девочкой и решил, что это обычная семья, не имеющая ничего общего с террористами. Он вежливо спросил женщину, могут ли его люди отдохнуть немного наверху, и она ответила, что это было бы прекрасно. Около двадцати пяти израильских солдат оставались в этом доме более восьми часов, даже не подозревая, что отец находился буквально у них под ногами.
Я не мог найти объяснение этой сверхъестественной защите и вмешательству свыше. Но для меня это было бесспорно. Когда Ахмад аль-Фаранси (который однажды попросил у меня взрывчатку для своих смертников) позвонил мне из центра Рамаллы и спросил, не смогу ли я забрать его и отвезти домой, я ответил, что нахожусь неподалеку и буду через несколько минут. Когда я приехал, он сел ко мне в машину, и мы покатили.
Не успели мы отъехать, как у Аль-Фаранси зазвонил мобильный телефон. Имя Аль-Фаранси стояло в списке приговоренных Иерусалимом к смерти; ему позвонили из штаб-квартиры Арафата и предупредили, что израильские вертолеты следуют за ним по пятам. Я открыл окно и услышал гул двух приближающихся «Апачей». Тому, кто никогда не ощущал, как Бог обращается к нему посредством внутреннего голоса, это может показаться странным, но в тот день я услышал, как Бог обращается ко мне, веля мне свернуть налево между двумя зданиями. Позднее я узнал, что если бы продолжал ехать прямо, израильтяне взорвали бы мою машину прямой наводкой. Я свернул и тут же услышал божественный голос:
Потом я узнал, что разведка получила сообщение, будто Аль-Фаранси видели садившимся в темно-синий «ауди А4». Таких машин в городе множество. Лоай поблизости не было, поэтому он не мог проверить мое местоположение, и никому не пришло в голову уточнить, не принадлежит ли этот «ауди» Зеленому Принцу. Ведь о его существовании знали единицы.
Так или иначе, но я всегда выигрывал благодаря божественной защите. А ведь я даже не был христианином, а Аль-Фаранси и подавно не мог знать о Христе. Однако мои друзья-христиане молились за меня каждый день. И Бог, как говорит Иисус в Евангелии от Матфея (5:45), «повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных».
Как же он не похож на жестокого и мстительного Аллаха!
ЗАЩИТА И ОПЕКА
осень 2002 — весна 2003
Я был измотан. Я устал от того, что приходилось играть столько опасных ролей одновременно, устал от того, что нужно было постоянно скрываться под чужими масками, под кого-то подстраиваться. С отцом и другими лидерами я должен был играть роль преданного члена ХАМАС. С людьми из Шин Бет я играл роль израильского разведчика. Дома я часто играл роль отца и защитника братьев и сестер, а на работе — роль старательного трудяги. Шел мой последний семестр в колледже, и нужно было готовиться к экзаменам. Но я не мог заставить себя сосредоточиться.
Стоял конец сентября 2002 года, и я решил, что пришла пора сыграть второй акт пьесы, которая началась с попытки Шин Бет арестовать меня.
— Я так больше не могу, — пожаловался я Лоай. — Сколько нужно времени, чтобы все закончить? Несколько месяцев в тюрьме? Проходит следствие. Вы отпускаете меня. Потом я возвращаюсь и заканчиваю колледж. Я вернусь на работу в АМР США и заживу нормальной жизнью.
— А как же отец?
— Я не собираюсь оставлять его на произвол судьбы. Арестуйте его вместе со мной.
— Ну, если ты так хочешь. Правительство будет счастливо, если мы наконец поймаем Хасана Юсефа.
