— Да, мальчик, это я. — ответил я, надменно смотря на него. — А ты — это ты — мало ли, Мамочка поняла какой мусор она подобрала, и решила найти более подходящую мне замену. Я бы не удивился, если честно. — признаю, в те времена я был очень остр на язык — вывести кого-нибудь из себя для меня было единственным способом утешения пока я был там.
— Ах ты…! — попытался было ответить мой двойник, но Мама остановила его поднятием руки.
— Ты знаешь, зачем мы здесь, Артур?
Что же она сказала дальше? Я не знаю, но, когда я себя осознал — на моих щеках было две дорожки от слез. Что могло заставить меня заплакать? Сколько бы я не пытался, я не могу вспомнить что она тогда сказала, или что сделала.
Но я помню, как все вокруг было белым. И холод. Ужасный, пробирающий до костей холод.
Я помню огромные Горы вокруг. Помню, как шагал по снегу. Как я там очутился? Что я случилось между тем, как моя мать задала мне тот вопрос, и я осознал себя идущим по снегу? Я не знаю ответов даже спустя столько лет. Я просто шагал по снегу с босыми ногами. Из одежды на мне было только изорванная в клочья от сотен ударов кнутом рубашка, и не менее изорванные шорты.
Я помню, что шагал очень долго — по крайней мере, до тех пор, пока я не упал без силы — но точно не могу сказать сколько. Помню, что на снегу было куда теплее, и пробирающий до костей холод был внизу слабее. Помню, как я тогда думал, что это последние мои минуты жизни, а мое сознание потухало.
Я помню, как нечто Чёрное и большое приближалось ко мне — тогда ещё я не знал, что такое Медведь, но, наверное, уже расплывающееся зрение итак не позволило бы мне понять кто это. Помню, как нечто Белое, но куда меньшее чем сам Медведь прыгнуло на него, не позволив хищнику добраться до меня.
Я помню, как шесть белых зверей похожих на собак, прыгали вокруг чёрного Монстра в три раза больше самого крупного из них. Помню, как от одного удара Медведя отлетел самый первый Волк, и упал замертво. Помню, как остальные сражались яростно, бесстрашно, но в тоже время очень умело уклоняясь от огромных лап и клыков Чёрного Монстра.
Я помню, как меня тащили по снегу куда-то зажав мою руку в мощных челюстях, но сделав это каким-то образом нежно и безболезненно. Помню, как промораживающий холод медленно начал уходить, а леденящий ветер перестал меня пытать, и я не чувствовал, как соприкасаюсь со снегом. Помню, как что-то тёплое обвило меня, буквально защищая от всего Мира — так я и потерял сознание, а когда я наконец пришёл в себя, я обнаружил что нахожусь в пещере, а вокруг было множество Волков, и некоторые из них лежали рядом со мной, согревая меня своим прекрасным белым мехом.
Я помню, как Волки приютили меня, позволив быть одним из них, и даже использовать навык «Кузнец Душ» на сильно раненном собрате, чтобы у меня появилась одежда. Помню, как я начал понимать их — нет, не слышать их речь как человеческую, но понимать их и что они хотят сказать. Помню, как я вместе с ними ходил на охоту, и ел сырое мясо вместе с подрастающим поколением.
Я помню своё восхищение, когда я глядел на них и как они живут. Помню, как сильно завидовал их свободе, тому как их стая готова умереть за своих и отстоять честь любого своего. Помню, как бесстрашно они шли на противников заведомо сильнее себя, и как храбро погибали. Помню, как они любили своих детей, всячески их балуя и играясь с ними. Помню, как они защищали своих щенков и даже умирая бесстрашно стояли между врагом и детьми, глядя прямо в глаза своих убийц.
Я помню, как через два года за мной пришла вторая жена моего Отца — Мама-Герой, как я ее называл. Помню, как она, обняв меня плакала и извинялась за то, что не пришла раньше, а ее дочь стояла чуть позади и своими, как и обычно холодными, глазами смотрела на меня.
Я помню, как меня забрали из тех снежных гор, что за два года стали для меня родными, и в которых я видел куда больше любви и ласки чем за всю свою жизнь во Дворце. Помню, как я сомневался, и не хотел принимать предложение Героя, и как моя стая печалилась, когда я все-таки принял ее предложение. Помню вой моей стаи во время прощания, и как я обещал им что буду навешать их каждый месяц, для чего оставил Печать Телепортации.
Я помню, как через семь лет, когда я в очередной раз пришёл навестить их, я обнаружил что вся моя стая убита Охотниками, и не осталось никого. Помню, как я рыдал, проливая горькие слезы над убитыми щенками. Помню, как я впервые пролил человеческую кровь, не обращая внимания что это были неплохие люди, а те, кто решил вычистить Горы на благо Деревень, чей скот иногда погибал от клыков Волков.
Если так подумать, без всяких сомнений — эти два года что я провёл в Горах стали причиной того, что я смог найти ответ на вопрос что задала мне мать — зачем мне нужна свобода, и что я от неё хочу. Наверное, без этого я бы сдался, и позволил своей матери утянуть меня в борьбу за Трон.
Открыв глаза, я удивленно начал оглядываться.
«Похоже я уснул…» — понял я.
