— И, учитывая твои чувства, чего-то вроде этого будет недостаточно, — сказала она, вытащив маленький, тонкий нож из лифа своего платья.
— Ты всегда это носишь?! — воскликнула Пенни, слегка шокированная.
— Мои слова о том, что ты будешь в безопасности, не означают, что девушка не должна быть готовой. Но если ты хочешь носить что-то более серьёзное, — она отошла к сундуку, и порылась в нём, прежде чем снова выпрямиться, — вроде вот этого, — вытянула она лежавший у неё на руках обоюдоострый кинжал с семидюймовым лезвием. — Тебе понадобятся рукава, большие рукава. Вот, давай покажу, — сказала она. Роуз вытащила странные ножны для кинжала, с прикреплёнными к ним несколькими ремнями.
— Это чтобы прицепить к запястьям? — спросила Пенни, не зная, что и думать об этой столь интимно знакомой с клинками дворянке.
— Обычно — да, но не на танцы. Ты будешь поднимать одну руку вверх, чтобы положить джентльмену на плечо, и твой рукав может соскользнуть назад. К тому же, он может почувствовать ножны, когда коснётся твоего запястья, так что цеплять на предплечье сейчас совершенно не модно.
— Ох.
— Для леди есть два основных способа носить что-то настолько массивное. Первый — прицепить к ноге — на икру, или с внутренней или внешней стороны бедра. Икра не практична, если хочешь воспользоваться им быстро, а с внешней стороны бедра он портит контур некоторых платьев. Я предпочитаю внутреннюю сторону бедра, но это может быть неудобно, особенно если танцуешь. К тому же платье должно быть скроено с этой целью, как вот это… — сказала она, запустив руку между складок своей юбки, и вытащила кинжал, похожий на тот, что она взяла для Пенни. Скрытая щель в платье позволила ей добраться до своей ноги.
— Боже правый, Роуз, да ты просто ходячий арсенал! — воскликнула Пенни.
— И никогда об этом не забывай, — подмигнула ей Роуз.
— Тебе он когда-нибудь был нужен? Пускала в ход? — с любопытством спросила Пенни.
— Пока нет — обычно, если дело доходит до такого, удаётся отговорить даже самых худших из них, но стоит быть готовой, — говорила на эту тему Роуз с таким небрежным равнодушием, что Пенни не могла не позавидовать.
— И как мне носить эту штуку, чтобы я могла танцевать? — спросила Пенни.
— Здесь, — указала Роуз на внутреннюю сторону её плеча. — Будет не совсем удобно, но твой партнёр его не почувствует, и он не покажется, если у тебя соскользнёт рукав. Надень платье, и я покажу тебе, как это работает, — сказала она, после чего они надели на Пенни платье, что потребовало нескольких минут, но платье сидело хорошо. — А теперь мы пристегнём его к внутренней стороне твоего плеча, рукоятью вниз. Ножны сделаны так, чтобы удерживать его даже в таком положении. Покажи мне, как будешь его обнажать в случае необходимости.
Пенни сунула правую руку в свой левый рукав, и схватила рукоять.
— Нет, нет! — запротестовала Роуз. — Сделаешь так — и он будет от тебя в трёх футах, зовя мамочку на помощь.
Пенни засмеялась, представив себе это:
— Но разве смысл не в этом, чтобы отпугнуть его?
Роуз покачала головой:
— Только не на людях — ты уязвишь его гордость, и заработаешь дурную репутацию. Если тебе правда нужно, то ты захочешь прижать клинок к его коже до того, как оно что-то поймёт, чтобы тихо уведомить его о твоих чувствах. Как только он признает поражение, ты можешь вернуть кинжал на место, и никто не будет унижен… публично.
Описанные Роуз методы идеально подходили Пенни идеально, хотя она не собиралась использовать клинок для самозащиты.
Роуз продолжила:
— Будучи женщиной, ты должна помнить, что если он почует твои намерения, то ты потеряешь большую часть своего преимущества. Он крупнее, сильнее, и, вероятно, быстрее. Сложи руки вместе, изящно… затем соедини их до локтей, будто ты думаешь, или, может быть, тебе холодно. Из этого положения ты легко можешь ухватиться за рукоятку.
Пенни не могла не задуматься, как она будет это делать в танце, но не осмеливалась спросить. Такой вопрос может оказаться слишком прямым, так что она задала другой вопрос:
— Роуз, а что, все дворянки носят оружие?
Роуз фыркнула:
— Нет, только те, которые умные.
— И кто тебя всему этому научил? — добавила Пенни.
— Моя мать, — сказала она, и тут же пожалела, когда увидела выражение лица Пенни. Роуз уже слышала о её потере: — Пенни, это может прозвучать странно, но если ты меня примешь, я уже считаю тебя своей сестрой.
Глаза Пенни затуманились, и она не думая обняла Роуз:
— Я всегда хотела сестру, — сказала она, но внутри Пенни уже стыдилась своего грядущего предательства. Она могла лишь надеяться на то, что Роуз когда-нибудь оправится после того, как Пенни не станет.
