– Он мой предок, – ответил Морил. Заметив, что желтые складочки судьи выгнулись с легким интересом, он объяснил: – Меня назвали в его честь. И разрешите мне увидеть Дагнера, пожалуйста. – Желтые складки сдвинулись теснее. – Это мой брат, – терпеливо пояснил Морил.
– Твой брат? – сказал судья.
Второй мужчина передал ему стопку бумаг, и тот стал просматривать их, сморщив складки на лбу так, что они стали похожи на сборки.
– Здесь еще одно имечко.
Морил с упавшим сердцем понял, что в бумагах, видимо, записаны ответы Дагнера. Он не знал, что́ именно отвечал брат, – и очень жалел, что не знает. Ведь если его собственные ответы будут отличаться от ответов Дагнера, то судья сможет признать Дагнера виновным в том, чего он вовсе не совершал.
– Мы зовем его Дагнер для краткости, – осторожно пояснил Морил. – И мне хотелось бы его увидеть. Пожалуйста.
– Ты сможешь увидеть его в свое время, если ответишь на мои вопросы правдиво, – сказал судья. – Вы – из семьи странствующих музыкантов, так?
– Да, – ответил Морил.
– И вы ездили с отцом, устраивая представления?
– Да, – снова подтвердил Морил.
– Как давно вы этим занимаетесь?
– Одиннадцать лет, – ответил Морил.
Молодой человек подался вперед:
– Старший парень сказал – десять лет.
Судья нахмурился, глядя на Морила, – должно быть, прикидывал, сколько ему лет. Вид у чиновника был усталый и проницательный, и Морил был для него только сомнительным фактом. Морил понял, что следовать совету Брид и говорить о своем родстве с графом и Ганнером бесполезно, совершенно бесполезно. Он знал, что Брид напирала бы на родство, но сам даже пробовать не собирался.
– Я был совсем маленький, когда мы уехали, – объяснил он.
– Из Ханнарта? – резко спросил судья.
– Да, но я не помню, – сказал Морил, прекрасно понимая, что если бы он признался в том, как на самом деле относится к Ханнарту, то предал бы и себя, и Дагнера. – Отец говорил, что поссорился с графом Керилом.
Судья и секретарь сверились с ответами Дагнера – и Морил с облегчением заметил, что все вроде в порядке. Но вид у них был недовольный, а дальнейшие расспросы их недовольство только усилили.
– Где вы выступали перед тем, как приехать в Нитдейл?
Морил задумался. Казалось, это было так давно! Фледден? Да. Оттуда они сразу поехали в Маркинд, а в Маркинде уже представлений не давали. Именно во Фледдене Линайна заштопала Киалану куртку.
– Во Фледдене, – сказал он.
– С кем твой брат разговаривал во Фледдене?
– Ни с кем, – ответил Морил.
Он это хорошо запомнил, потому что к Дагнеру не подошли обычные девицы, так что он сам разговаривал с Дагнером.
– Но ты ведь не был с ним все время, пока вы оставались во Фледдене, так ведь? – спросил более молодой мужчина.
– Нет, был! – возразил Морил. – Понимаете, мы все были в повозке. В городах отец никогда не позволял никому отходить от повозки.
– Всегда? – переспросил судья, сурово сдвинув свои морщины. – Ты же не хочешь сказать, будто твой брат никогда не уходил куда-то один?
Морил понял, что если не будет осторожен, то Дагнера смогут обвинить в браконьерской охоте на кроликов.
– Никогда, – сказал он. – Дагнера мало что интересует, кроме собственных песен. – И чтобы отвлечь чиновников от мыслей о браконьерстве, он добавил: – Дагнер не сделал ничего, за что его можно арестовать. И наша лицензия в полном порядке, честно!
Судья раздраженно вздохнул:
– Меня не интересует ваша лицензия, паренек. Твоего брата арестовали за передачу незаконных сведений…
– Что?! – ахнул Морил.
– …и я хочу знать, откуда они у него, – докончил судья. – Это тебя удивляет?
– Еще бы не удивляться! – сказал Морил. – Этого не может быть! Вы наверняка ошиблись.
– Наши агенты – люди очень надежные, – сказал судья. – Почему ты думаешь, будто это ошибка?
– Потому что Дагнер не стал бы таким заниматься. Ему интересно только песни сочинять. И потом – ему просто неоткуда брать эти сведения! – в отчаянии добавил Морил.
– Такие утверждения бесполезны, – заявил судья. – Сдается мне, что вы, два брата, что-то скрываете. Ты говоришь, что в последний раз вы давали представление во Фледдене. Это произошло неделю назад. Где вы были с тех пор?
– В Маркинде, – ответил Морил, недоумевая, почему Дагнер этого не сказал. – А потом приехали сюда через Синдо.
Судья и его молодой помощник переглянулись, и вид у них был недоверчивый. Было ясно, что они не верят в то, будто в Маркинде кто-то может получить незаконные сведения. Морил немного ободрился.
– Почему в Маркинде? – рявкнул молодой.
– Моего отца убили, – объяснил Морил, и голос у него чуть задрожал.
– Знаем. У Срединного озера. А почему вы поехали в Маркинд?
– Моя мать отправилась туда, чтобы выйти замуж за Ганнера, – ответил Морил.
– За Ганнера? – воскликнули оба и посмотрели на Морила с возмущением.
– Ганнер – лорд Маркинда, – сказал судья, словно решив, что Морил этого не знает.
– Знаю, – ответил Морил. – Мать была с ним помолвлена до того, как вышла замуж за отца, и теперь она вернулась в дом Ганнера.
– Как же! – цинично сказал судья. – А тогда почему вы с братом оттуда уехали?
На глазах у Морила выступили гневные слезы.
