— Это не так, — Ирина обиженно надула губы, слезая со стула. — Ты ещё увидишь. Совсем скоро Олег докажет тебе это.
Мама начала раздражать. Что она, что отец отказывались воспринимать Марка серьезно. Отчасти из-за этого Марк после университета и решил выбрать совершенно другую стезю, отличную от привычной в Альберте нефтегазовой. Только чтобы никто не лез к нему со своим советами и предложениями. Однако родичи и здесь не упускали своего — судили его, критиковали, лишали своего доверия. И это даже после того, как Марк успешно раскрутил свой бизнес не только в Канаде, но и в Америке, и даже после разрыва с партнерами смог подняться и стать одним из лучших в сфере развлекательного бизнеса.
— Всё, мама, мне пора работать, — он нетерпеливо постукивал носком ботинка о пол. — Передай моему дорогому отчиму, чтобы перестал работать сверхурочно.
Женщина вздохнула, бросила последний взгляд на приветливо улыбавшегося ей бармена.
— Надеюсь, ты проводишь меня до машины?
— Разумеется.
Ещё бы. Конечно, он проводит. И на самой большой скорости.
Я выключила монитор и сидела, уставившись в прозрачную стену, за которой мельтешили люди. С каждой минутой терпение иссякало — уже прошло больше чем три часа, а от Марка не было ни слуху ни духу. В последний раз я видела его час назад с какой-то мадам, и она явно не была деловым партнером. Скорее, между ними интимные отношения. Да и направлялись они в бар.
В желудке у меня заурчало — кроме чашечки кофе и круасана, я с утра ничего не ела.
Явно представила, как Марк и эта краля в синем сейчас едят, пьют и веселятся, в то время как я подыхаю от голода и жажды.
Мысленно отругала себя, что не взяла телефонный номер Марка. Позвонить бы ему и высказать всё что думаю. Просить Кевина забрать меня отсюда не хотелось — у него сегодня четыре важные встречи, волновать его незачем.
Скрестив на груди руки, я откинулась на спинку кресла и... незаметно задремала.
Проснулась я от прикосновения чего-то мягкого и тёплого к моим плечам. Не сразу поняла, где нахожусь, даже улыбнулась сквозь сон. И только пустота в желудке заставила открыть глаза и столкнуться с действительностью.
Рядом стоял Марк. Лицо его было невозмутимым, взгляд похож на тот, которым энтомологи под лупой разглядывают букашек.
Моментально выпрямившись в кресле, резанула его в ответ яростным:
— Что вы уставились на меня?
Он равнодушно пожал плечами.
— Просто жалею, что разбудил.
— Это почему же?
— Вы так хорошо спали и были на удивление милой и приятной, совсем не такой, как в жизни.
Я скрипнула зубами и окончательно вернулась в реальность. Говнюк!
Поднялась, почти поравнявшись с ним — во всяком случае сейчас я чувствовала себя неимоверно высокой — стянула с себя плед, которым Марк укрыл меня.
— Я хочу вернуться домой, немедленно.
— О, мамочка опять показывает свой нрав… — мужчина смерил меня взглядом с головы до ног. — Разве я не предупреждал, чтобы вы перестали показывать свой склочный характер?
— Имею на это полное право, — сунув в руки Марка плед, я бросилась к двери. — Немедленно откройте и выпустите меня отсюда.
Он только хмыкнул.
— Вы обращаете на себя слишком много внимания, Мила. Это уже становится неприличным.
— Что?! — Боже, как же мне хотелось разорвать этого ненавистного ублюдка на части! Мало того что я потратила свой день на него, оставшись без завтрака и обеда, так он ещё смеет читать мне тупые нотации! Уперев руки в бока, я кивнула на людей за стеклом: — Они нас все равно не видят, так что мне плевать на ваши идиотские указания!
— С чего вы решили, что не видят? Стекло абсолютно прозрачное.
Марк скривил губы в улыбке, которую мне тотчас же захотелось растереть по его наглому лицу. Значит, это стена и впрямь прозрачная, и все, кто проходил мимо, могли видеть меня, и как я спала… надеюсь, не с открытым ртом. Марк, вероятно, заметил, как моё лицо заалело маковым цветом, потому что снисходительно пояснил:
— Я предпочитаю работать в открытую. Так, чтобы и мои сотрудники, и посетители видели, что я работаю… а не сплю на рабочем месте.
— Ну, знаете ли... — только и оставалось, что пробормотать. Слов не было — оставались только порванные в клочья эмоции и мысли, которые хотелось собрать воедино и обрушить на этого мерзавца, чтобы он ими захлебнулся.
— Я отвезу вас домой, Мила, не надо так переживать, — Марк открыл передо мной дверь. — И прошу извинить за задержку. Непредвиденные обстоятельства.
Ага, как же — непредвиденные обстоятельства в синем платье! Да и извинения звучали глупо после его же хамских высказываний. Уж точно не покажу ему, как я голодна.
Но мой желудок предательски дал о себе знать громким урчанием.
Марк взял меня под руку и, слегка наклонившись ко мне, произнёс:
— Но сначала мы пообедаем.
— Спасибо, но я могу это сделать дома.
— Уж нет, позвольте мне загладить свою вину.