— Правильно посоветовал, — она кивнула. — Дурачок, он наверняка не дал номер моего телефона.
— Угу.
— Могла бы у Марка спросить. Я же живу одна, всегда хожу с ружьем — кто знает, кого нелегкая занесёт.
— Марка нет дома, — буркнула я. — Уже неделю.
— Всё-таки твой муж тот ещё растяпа. Уехал, а молодую жену оставил скучать. Представляю, каково тебе одной в доме. — Рэйн провела меня в комнату, указала на диван. — Кофе или чай?
— Чай. С молоком, пожалуйста.
Женщина прошла в кухню, с минуту гремела там посудой, продолжая разговаривать со мной:
— А я в конюшне была, чистила животных... Как твоя задница, отошла уже?
— Ещё чуть болит, — я рассмеялась.
— Надо почаще ездить верхом, пока она не огрубеет. Так же как когда учишься играть на гитаре — больно, пока подушечки пальцев не станут твёрдыми.
Я представила, как на заднице у меня вырастает огромная, словно короста, мозоль. Ойкнула. Рэйн рассмеялась.
— Да не волнуйся — ничего с твоей попкой не случится. Просто мышцы будут более крепкие, сможешь щёлкать орехи. — Боже! Мои щёки теперь стали пунцовыми. Женщина принесла две чашки и поставила на журнальный столик. — Вообще-то, ты вовремя. Я как раз переделала все дела и теперь свободна как ветер. С удовольствием проедусь с тобой вокруг своих угодий. Но сначала, как и обещала, научу тебя седлать лошадь...
…После чая мы отправились в конюшни. К моей радости, животные узнали меня. Дав каждому по сочному яблоку и приласкав всех по очереди, я оглянулась на Рэйн. На ее лице была добродушная улыбка.
— Скажи Марку, чтобы на следующей неделе забрал у меня Таланта и Ирис — я уезжаю на месяц и не очень хочу оставлять его животных без надзора.
— Марк? Но я не знаю, как с ним связаться.
Рэйн закатила глаза:
— Ми-ла! А ты не пробовала узнать его номер телефона у Кевина?
— Нет, — я пожала плечами, — не было в этом надобности.
— Ладно, — она ловко сняла тяжелое седло с полки. — Я поговорю с Кевином. Смотри и запоминай... — Она ловко набросила попону на спину лошади, затем сверху седло, застегнула подпругу. — Седла тоже разные — их много разновидностей. Есть специальные для охоты, есть и дамские, а есть для прыжков. Здесь люди чаще всего пользуются сёдлами в стиле Вестерн...
Я внимательно наблюдала, задавала вопросы, затем пару раз попробовала оседлать лошадь сама. У меня не получалось так ловко, как у Рэйн, но женщина успокоила меня.
— …Практика, дорогая, практика. Пока я не уехала, приезжай хоть каждый день. Обещаю, через неделю ты будешь намного опытнее.
— Правда? Я могу приехать завтра?
— Ну конечно, Мила, — женщина потрепала лошадь по загривку, открыла стойло. — В путь!
Разговор с отцом взбесил. Он долго высказывал Марку недовольство, суть которого сводилась к тому, что коли он сам напросился жить в их доме, то должен подчиняться правилам. Это означало, что Марк должен извещать о своих действиях и передвижениях супругу отца. Интересно, а она тоже будет извещать Марка о том, что делает? Мужчине не терпелось вернуться домой и проучить наглую выскочку. Да кто она такая, чтобы указывать, как ему поступать?!
Марк вытащил из портфеля еженедельник, открыл заложенную страницу, где в подробностях уже был расписан план по разоблачению этой русской лгуньи. Немного подумав, приписал: «установить камеры во всем доме, на всех этажах, в спортивном зале и в бассейне». Камеры он уже приобрёл, теперь оставалось добраться до дома.
Вспомнив о своём друге Джеймсе, мужчина недовольно хмыкнул. Этот пижон снова хочет поиграть в школьные игры. Друзья когда-то развлекались, отбивая друг у друга девчонок. Только сейчас это не развлечение — на карту поставлена судьба его дурака-отца. Марк сам займётся этой гусыней и откроет ему его наивные глаза.
Ещё один день в Ванкувере Марк переживёт.
Взяв в руки лежавший на столике журнал и, откинувшись на спинку дивана, нервно его пролистывал. Через минуту с раздражением отбросил — в ушах до сих пор стояли слова отца, а перед мысленным взором назойливо являлись картинки, как его мачеха развлекается с Джеймсом. Как далеко друг зашёл?
Марк вскочил, прошёлся по комнате, открыл окно. Влажный ванкуверский воздух ворвался в комнату вместе с уличным гулом, шумом клаксонов, полицейскими сиренами. Как могло случиться, что его стала привлекать размеренная жизнь в родном городе?
Звонок телефона заставил вздрогнуть от неожиданности. Мама. Чуть посомневавшись, стоит ли отвечать — наверняка заведёт очередную жалобную песню, что Марк обижает ее мужа, — мужчина всё-таки нажал на зелёную кнопку. На удивление, женщина была в хорошем настроении и засыпала его мелкими женскими новостями до того, как Марк успел произнести хоть пару слов. Ему даже пришлось слегка отстранить трубку от уха — так пронзительно она щебетала. Именно поэтому он вряд ли когда-либо женится — выслушивать каждый день подобное он не в состоянии.
— ...Еду с Джо-Джо на концерт, затем мы улетаем в Бора-Бора вместе с Кэйт. Всего на несколько дней — посмотреть дом и навестить ее семью. Я волнуюсь, как бы Олежек не заскучал. Он совершенно не может без меня...