— Марта! — вцепившись ей в рукав, дрожащим голосом произнес он. — Ты же… Ты… вернулась за мной? — Сглотнув и жалобно улыбнувшись, человек мелко закивал и прошептал: — Я готов… Да… Я не могу без тебя жить… Не хочу… Забери…
И столько мольбы и надежды было в его голосе, что Джейне стало не по себе. Грязный ничтожный пьяница… Тщедушный человечек, не понимающий, кто перед ним, из-за выпитого вина, но то, что звучало в его словах, вызывало странные чувства. Перед глазами вдруг возникло лицо отца, и прощальный костер, и пустая каменная коробка их последнего дома. Проклятье… Она ведь тоже хотела уйти, чтобы не терпеть ту страшную боль одиночества…
— Не стоит уходить раньше времени… — справившись с эмоциями, Джейна положила ладонь монаху на грудь и, потянувшись к эфиру, использовала заклинание, которым успокаивала лошадей.
На лице человека мелькнула обида, он хотел что-то сказать, но уже не смог. Глаза закрылись, рука упала на лавку, и в зале повисла грустная тишина.
Девушка ещё какое-то время смотрела на спящего, затем вздохнула и, все ещё находясь в расстроенных чувствах, быстро направилась к выходу. Память об отце вернулась, но лучше было не помнить… Интересно, какие ещё сюрпризы ждут ее впереди?
Покинув церковь, Джейна вышла на улицу и направилась к дороге, ведущей в сторону Обращённых земель.
Двоих всадников, выехавших из лагеря неподалеку, она заметила сразу, но прятаться не стала — просто не имело смысла. Если сойти с дороги, люди могут что-то заподозрить и выслать на поиски кого-то ещё, а так — два человека опасности не представляют. Возможно, они едут совсем не за ней, и получится отделаться парой ответов? Конечно, не самая удачная идея — убивать кого-то в прямой видимости часовых, однако, если у неё не останется выбора…
Всадники нагнали её возле дорожного столба, стоящего на въезде в посёлок. Проехав чуть вперёд, оба спешились и, оставив лошадей, направились к ней.
Обычные вояки, каких в приграничье полно. В плохоньких зачарованных кольчугах с рукавами до локтей, оба вооружены короткими копьями.
— Ты кто такая и куда направляешься? — поинтересовался тот, что постарше и внешне выглядел оборотов на тридцать пять-сорок.
— А ты разве сам не видишь, кто я такая? — Джейна остановилась и откинула с головы капюшон. — Иду к дороге, хочу к полудню добраться до Джарты.
— Хм-м… — заметив, что перед ним не старуха, солдат провёл ладонью по усам и, смерив её плотоядным взглядом, недоверчиво усмехнулся. — Ты вышла из церкви, но у Куима нет в помощницах юных девиц, а вот всякого ворья в округе полно.
— Спасибо за предупреждение, солдат, — пропустив мимо ушей первую часть фразы, Джейна благодарно кивнула и, улыбнувшись одними губами, добавила: — Впредь я постараюсь не попадаться ворью на глаза.
— Ты дуру-то из себя не строй! — недобро нахмурился усатый. — Давай показывай, что в мешке!
М-да… Вот видит Отец, она не хотела… Медленно стянув с плеч мешок, Джейна уронила его возле ног на дорогу и, криво усмехнувшись, поинтересовалась:
— Так, может, мне сразу раздеться?
— Давай, раздевайся, — не выдержав, оскалился тот солдат, что помоложе. — А мы посмотрим, как с тобой поступить. Может быть, к утру и отпустим…
Усатый умер первым. Джейна просто шагнула вперёд, загнала нож ему в шею и, оставив оружие в ране, сразу метнулась ко второму. Парень оказался недостаточно быстрым и не успел ничего понять, когда резкий удар ногой в грудь опрокинул его на землю. Джейна в воздухе вырвала из рук солдата копье и, коротко размахнувшись, ударила в горло.
Дождавшись, когда кровь перестанет хлестать из ран, девушка быстро обшарила трупы и, забрав кошельки вместе с кинжалом одного из солдат, направилась к стоящим неподалеку лошадям.
В лагере за спиной что-то кричали, но Джейну это уже не заботило. Повесив на выбранного коня простенькую Печать, девушка запрыгнула в седло и, улыбнувшись луне, направила животное к недалекому тракту.
Примерно в пяти лигах от Барна Аста почувствовала себя неуютно. Закружилась голова, желудок подступил к горлу, противно закололо плечо. Такое всегда бывает, когда после долгого перерыва приближаешься к границе Поганой земли, однако в этот раз ощущения были особенно неприятными. Вероятно, причиной тому — плохое настроение, которое не покидало кирию с утра; возможно, сказывалась усталость. Впрочем, неприятные ощущения вскоре прошли, и Аста почувствовала себя значительно лучше, да вот только настроения это ей не прибавило.
