Мальчик снова нахмурился. Казалось, он пытается придумать что-то и не может понять, почему не сработало то, что он уже сделал. Работу мысли на его лице можно было наблюдать так, словно мысль та обрела физические формы и теперь с трудом пробивалась сквозь обширные пустоты в черепе. Судя по всему, пробиться мысли той, так никуда и не удалось.
Махнув рукой, парень посторонился. Логран с облегчением шагнул вперёд.
Удар пришёлся в ухо. Прежде чем он успел понять, что происходит, удары посыпались градом. Закрывшись руками и зажмурившись, он попытался отпрыгнуть и вроде бы даже сумел – как получилось, что, когда он открыл глаза, то в коридоре никого не было, а сам он оказался на полу? Логран не смог вспомнить. Но, наверное, просто слишком сильно его ударили и, на мгновение потерял сознание.
Хромая на обе ноги, он вернулся к Лиду. Тот глянул на него косо и вручил меч, указав место рядом с товарищами. В процессе тренировки те, улучив момент, пытались выяснить, что произошло, но Логран отмалчивался.
На следующий день, он не успел дойти до туалета. Он даже не понял что случилось.
Проходил мимо дверного проёма, перед глазами мелькнуло и всё, дальше боль и холодный пол, а затем беспамятство. Теперь он волочил ногу, каждое движение причиняло боль.
На третий день, он ходил по коридорам Малого города, крайне медленно и осторожно, даже если шёл просто в туалет. И это принесло свои плоды – успел заметить.
Заметить, как из дверного проёма выскочил худой как палка мальчик. Кулак незнакомца врезался в нос, и сразу же, что-то врезалось в затылок, видимо, тоже кулак.
Очнувшись, Логран с тоской и болью в сердце, вспомнил замок, девочку Логанну, вспомнил бескрайние равнины, по которым шёл, стремясь попасть в Сабу, центральный город всего Сабаса.
Наверное, лучше бы ему было попасться волкам…
В тот же день, избили троих ребят из тех, с кем он учился у Лида. На следующий день, одного из них, в столовой, под одобрительные возгласы одного из воинов, отлупили так, что он не смог тренироваться – к лекарю его пришлось нести, парень харкал кровью и не мог ходить. Никто не понёс наказания за это, совсем наоборот. Те, кто регулярно их избивал, удостаивались похвалы от воинов-учителей. Похвалы за выдающиеся хитрость и силу.
-Эх, дылда, - сказал однажды Лид, - а я ведь на тебя червя навозного, золотой поставил, а тебя лупят все подряд. Тьфу, пустая трата моего времени. Лучше б ты сдох дылда.
Они попытались ходить везде вместе, минимум по трое. Это не слишком помогло – только в первый раз. Напавшие на них двое мальчиков, получили по лицам и отступили, с разбитыми носами. Победе они обрадовались, Лограна поблагодарили все его товарищи – это была его идея, передвигаться группами. Однако…, спустя двое суток избили всех до единого. На них буквально началась охота и каждый раз, тех, кто их отлупил, награждали похвалой. Впрочем, недолго – где-то через неделю, Логран, вернувшись из похода в столовую, в этот раз с распухшими губами, да с не проходившими синяками под глазами, услышал совсем иные слова воина, учившего группу соседей по урокам на большом дворе.
-Говняных отлупить – не велика важность. С этим и девочки справятся. А вот ты попробуй Зирайя, справиться с кем-то по сильнее, чем эти куски навозной кучи.
Бить их стали реже, а вот отпускать насмешки и демонстративно презирать любым доступным способом, вплоть до плевка в лицо при встрече в коридоре – гораздо чаще.
-Хотя бы не бьют… - Как-то выразился по этому поводу один из товарищей Лограна.
Он не знал почему, не очень понимал, как и отчего, но именно эти слова и именно в тот день, что-то в нём изменили. Впервые в жизни, Логран ощутил такую бешеную злобу, что, где-то глубоко в душе, даже испугался. Однако ничего поделать уже не мог.
В тот день он не ходил есть и в туалет. Он старательно махал мечом и краем глаза следил за мальчиком, что на днях избил одного из его товарищей – этот был единственный так близко из тех, кого он запомнил. Он ждал. Когда мальчик отправился в город, он заявил что ему нужно в туалет.
-Иди-иди, - проворчал Лид, - а то сегодня ты со своими корнями ещё не общался.
Логран не понял этого высказывания, но догадка на мгновение появилась – корни внизу, а у них прозвище образовалось, всё к туалету ближе…, мысль отключилась. Он всё быстрее двигался к городу, вошёл в тот же коридор, прошёл в те же двери.
В тот день, другой мальчик не дошёл до туалета.
Логран напал сзади и бил со всей яростью, какая у него была в душе.
Когда он возвращался, на мгновение, что-то в сердце кольнуло – что если парень не встанет с каменных плит пола?
-О, говняная дылда уже вернулась. – Сказал кто-то из соседей по большому двору.
Колоть перестало, а вот злоба, оказывается, не была истрачена.
-Закрой свою пасть, волосня ты с Барговой жопы! – Рыкнул он в ответ и взял в руки деревянный меч, намереваясь продолжить тренировку.
