Молодой князь происходил из младшей ветви Дашковых, будучи тёзкой своего предка, казнённого Иваном Васильевичем сто двадцать лет назад. Ещё у него не ладились отношения с роднёй. Будучи хилым от природы, парень считал военную карьеру для себя недостижимой. Однако ушёл на войну ещё совсем мальчишкой и отлично проявил себя, отражая татарский набег. Но Иван получил тяжёлое ранение, долго лечился и фактически стал непригоден для службы. Тогда же он умудрился поссориться с отцом, решившим выгодно женить сына, поправив финансовое положение. Для нынешних времён — это сущий оксюморон. Не брак по договорённости, а решение пойти против воли родителя.
Только Иван не прогнулся и неожиданно ушёл работать помощником управляющего на царские мастерские в Измайлово, где хорошо себя зарекомендовал. Последний год он повышал квалификацию в Коломенском под руководством Салтыкова и Нестерова. Мы там обкатываем именно такие кадры, благо различных производств хватает. Заодно управленцы испытывают и внедряют различные модели ведения хозяйствования. Поэтому вполне естественно, что толковый молодой человек получил назначение на Чёрную Реку. Я никому не позволю разбазарить теперь уже казённое имущество. Это вам не СССР, где государственное, значит, общее, и можно спокойно воровать. Угу. Даже не надейтесь.
— Всё понял, Иван? — спрашиваю князя после объяснения своих хотелок, вручив ему объёмную методичку. — Я верю в тебя.
Голубые глаза невысокого и немного скособоченного парня блеснули, а сам он быстро кивнул в ответ. Кстати, надо приказать князю заняться здоровьем. От лечебной гимнастики пока никто не умирал. Да и больница рядом, в Гороховце — отсюда вёрст пятьдесят.
— Можно вопрос, государь? — после моей отмашки Иван спросил: — Но ведь мужики не потянут совместное хозяйство. А коли таких предприятий замышляется много, то на всех управляющих не напасёшься. Либо переругаются, либо лягут под купца какого.
Хороший вопрос. Я задумал провести общественно-экономический эксперимент. Пока в моём распоряжении сотни тысяч государственных людей, то глупо не поискать подходящие формы хозяйствования. Здесь ещё представился удобный случай. Не каждый день тебе перепадает весьма интересный субъект. Чёрная Река являет собой промышленно-сельскохозяйственный комплекс, где все сферы дополняют друг друга. Часть людей занимается обработкой и производством, другие снабжают их провизией, третьи заняты логистикой, помогая в нужный момент, когда требуется дополнительная рабочая сила. Этакое многопрофильное предприятие замкнутого цикла. Причём весьма успешное до недавних пор.
Вот я и решил организовать что-то вроде совхоза с последующим созданием кооператива. Форма собственности не важна, лишь бы предприятие приносило прибыль. Пока всё принадлежит казне, но постепенно работники получат паи. Во что это выльется в будущем, не знаю. Но такая форма не самый плохой вариант. Сама идея совхоза мне нравится. Как переходный вариант уж точно. Вон израильтяне как подняли свои кибуцы! Просто пламенные большевики испохабили здравую затею, как и большую часть всего, до чего они дотянулись. В результате борцы за народное счастье уничтожили русскую деревню, угробили сотни тысяч людей, ещё и разрушили сельское хозяйство страны. Учёт и контроль — это хорошо. Только ещё нужны мозги, а их у революционеров не было. Но бес с ними.
Мне вскоре предстоит заселять огромные пространства, которые должны стать житницей России и всего мира. Ага, именно так. Чего мелочиться? Нужно ставить перед собой глобальные задачи. Вариант совхоза или кооператива, имеющего дополнительно мастерские, мануфактуры и цеха, для нынешнего времени почти прорыв. Надо только обкатать идею на практике. Ну и эти хозяйства на треть или половину останутся в собственности казны. Так проще защищать людей от произвола бояр и чиновников.
— Ты плохо знаешь русский народ, Иван. Дай мужику возможность, снабди инструментом и не мешай. Так он тебе рай на земле построит, — отвечаю со смешком. — Вот возьми, к примеру, Чёрную Реку. Монахи выскребали отсюда не только подати, но и деньги, необходимые для развития производства. Ещё и людей впроголодь держали. А я решил отменить налоги на пять лет.
— Так ведь прожрут всё и мастерские порушат, государь! И нельзя мужика баловать! — вскинулся возмущённый Дашков.
