Сын цирка полностью

– В бордели ходят врачи, – ответил Пател. – Когда ей станет так плохо, что она больше не сможет быть проституткой, хозяйка выдворит ее на улицу. Но к тому времени она станет некасаемой.

– Что вы подразумеваете под этим словом? – спросил Дарувалла.

– Когда ты на улице и очень болен, все тебя оставляют. Когда никто к тебе не подходит, ты становишься некасаемым, – сказал полицейский.

– И тогда вы сможете ее найти, – заметил Фаррух

– Тогда мы могли бы найти ее, – поправил его Пател. – Но к тому времени вряд ли вам понадобится говорить ей о том, что ее ждет.

– То есть вы хотите сказать: «Забудь ее». Верно? – спросил доктор.

– Ваша профессия – лечить детей с инвалидностью, так? – спросил заместитель комиссара.

– Так, – ответил доктор Дарувалла.

– Что ж, я ничего не знаю о вашей области, – сказал детектив Пател, – но предполагаю, что там ваши шансы на успех немного выше, чем в районе красных фонарей.

– Я понял вас, – сказал Фаррух. – И каковы шансы, что Рахула повесят?

Какое-то время полицейский молчал. Только пишущие машинки отвечали на этот вопрос; они были константой, изредка прерываемой ревом мотоцикла или какофонией доберманов.

– Вы слышите пишущие машинки? – спросил наконец заместитель комиссара.

– Конечно, – ответил доктор Дарувалла.

– Дело Рахула будет очень долгим, – пообещал Пател. – Но даже сенсационное число убийств не впечатлит судью. Я имею в виду, что большинство жертв – посмотрите на них – они никто.

– Вы имеете в виду, что они были проститутками, – сказал доктор Дарувалла.

– Точно, – ответил Пател. – Нам нужно будет отработать еще один аргумент, а именно: Рахул должен сидеть с другими женщинами. Анатомически это женщина…

– Да, операция была завершенная, – прервал его доктор.

– Да, мне говорили. Естественно, я сам его не осматривал, – добавил заместитель комиссара.

– Ну конечно нет… – сказал доктор Дарувалла.

– Я имею в виду, что Рахул не может быть заключен в тюрьму с мужчинами, Рахул – женщина, – сказал детектив. – И одиночное заключение слишком дорого, просто нереально в случае пожизненного срока. И все же, если Рахул находится в заключении вместе с женщинами, то возникает проблема. Рахул обладает силой мужчины, и за ним история убийств женщин – вы понимаете, куда я клоню?

– То есть вы хотите сказать – он может получить смертный приговор потому лишь, что его несподручно содержать в тюрьме с другими женщинами? – спросил Фаррух.

– Точно, – сказал Пател. – Это наш главный аргумент. Но я все равно не верю, что его повесят.

– Почему бы и нет? – спросил доктор.

– Почти никого не вешают, – ответил заместитель комиссара. – С Рахулом они, вероятно, будут добиваться пожизненного заключения; затем что-нибудь произойдет. Возможно, он убьет заключенную.

– Или укусит ее, – сказал доктор Дарувалла.

– Его не повесят за укусы, – сказал полицейский. – Но что-нибудь случится. Тогда его придется повесить.

– Естественно, это произойдет не скоро, – догадался Фаррух.

– Точно, – сказал Пател. – И радости от этого ни у кого не прибавится, – добавил детектив.

Это, как заметил доктор Дарувалла, была любимая мысль заместителя комиссара. Поэтому доктор задал другой вопрос.

– А что вы будете делать – вы и ваша жена? – спросил Фаррух.

– Что вы имеете в виду? – сказал детектив Пател. Он впервые был удивлен.

– Я имею в виду, останетесь ли вы здесь, в Бомбее, в Индии? – спросил доктор.

– Вы предлагаете мне работу? – спросил полицейский.

Фаррух рассмеялся.

– Ну нет, – признал он. – Мне было просто любопытно, останетесь вы здесь или нет.

– Но это моя страна, – сказал ему заместитель комиссара. – Это вы здесь не дома.

Доктору стало не по себе; сначала Вайнод, а теперь детектив Пател будто указывали ему его место. И тогда, и теперь в этом не было ничего приятного.

– Если когда-нибудь окажетесь в Канаде, – вырвалось у Фарруха, – я был бы рад пригласить вас к себе – повозить, показать.

Теперь уже заместитель комиссара рассмеялся.

– Гораздо более вероятно, что я снова увижу вас здесь, в Бомбее, – сказал Пател.

– Я не вернусь в Бомбей, – заявил доктор Дарувалла.

Уже далеко не первый раз он недвусмысленно высказывался на эту тему.

Хотя детектив Пател вежливо выслушал это заявление, доктор Дарувалла видел, что заместитель комиссара ему не поверил.

– Вот так, – сказал Пател.

И это были единственные его слова. Не «до свидания», а просто «вот так».