— И с германцами, и с поляками воевал, — гордо выпятил грудь старик. — А потом командиром пехотного взвода всю Гражданскую прошёл до самого Крыма.
— Ну, значит, и партизанский хозвзвод такому ветерану будет по плечу, — ободряюще улыбнулся старику Матвей.
— В штыковую атаку бегать мне уже не по годам, а тыловую часть организую, — расправив пальцами кончики усов, согласился принять команду опытный ветеран.
Общество поддержало верный выбор одобрительными возгласами. Прозорливый парагвайский казак удивительно точно сумел произвести подбор руководителей.
— Всем бойцам получить оружие, а затем командирам боевых групп и хозвзвода подойти ко мне для получения приказов.
Командиры пятёрок выбрали из колхозников надёжных бойцов, в основном своих родственников или друзей, и вперёд хозвзвода выстроились для получения оружия и боеприпасов. Вместе с вооружением каждому ещё выдавался трофейный ранец с солдатским имуществом, ремень с патронными сумками, немецкая каска и клок простреленного пулями брезента, которым надлежало обшить каску.
Полицаев-перебежчиков Матвей отвёл в здание сельсовета, где они под диктовку написали заявления о приёме их в партизанский отряд и изложили свою версию, как они вместе с советскими сапёрами и диверсантами устроили в лесу засаду на автоколонну, а затем подписались под текстом и поставили по отпечатку большого пальца. Вместе с фотографиями на фоне горы трофеев — убойный компромат для гестапо в случае их попытки опять переметнуться на сторону немцев.
Когда подошли командиры, Кадет распределил задачи — кому-то выступить в караул вокруг деревни, специалистам отправиться за трофейной техникой, а остальным заняться погребением погибших. При этом часть похоронной команды отправлялась на машинах к месту разгрома немецкой колонны, чтобы закинуть трупы немцев в кузова грузовиков. Для буксировки повреждённых машин вместе с четырьмя трофейными отправили и четыре советских полуторки медсанбата, благо их водители остались живы. Колхозные трактора тоже послали вслед колонне трофейщиков, приволочь совсем уж разбитую технику.
После постановки задач партизанам пришёл черёд побеседовать с бывшими полицаями.
— Какова численность гарнизона, охраняющего мост через реку Бобр? — спросил у командира штрафников Матвей.
— Красноармейцев там было лишь одно отделение, а сколько теперь немцы там своих сторожей поставили, я не ведаю, — пожал плечами дядька Богдан.
— Ну, думаю, столько же, — логично предположил Матвей. — Больше для охраны уже тылового объекта и не требуется, да и силы немцам нужно было поберечь для удара во фланг советских войск. Окопы и блиндажи располагаются от моста по эту сторону реки?
— Наши были вырыты так, — кивнул Богдан.
— Немцев, захвативших мост, это вполне устраивает, — продолжал рассуждать Матвей. — Им ведь теперь следует беречь объект от атаки диверсантов со стороны вражеского берега. Но вот караульный пост они наверняка выставят и по другую сторону моста. Товарищ Богдан, раздобудьте мне гражданскую одежду по росту.
— Сделаем. — Бывший староста склонил голову на бок и прищурился. — Я так понимаю, мы к немцам подойдём в виде полицаев?
— Правильно понимаешь, — одобрительно усмехнулся Матвей. — Вот только полицаями будем мы с тобой, а необстрелянные пацаны пойдут под конвоем. Тебе же немцы предписание для доставки военнопленных в лагерь выдали?
— Германские бюргеры рабочей силой не разбрасываются, — подтвердил мужик. — Всучили мне в руки какую-то бумаженцию с гербовой печатью, но я её прочесть не смог, по-немецки писана.
Староста прошёл к столу председателя и достал из ящика сложенный вдвое листок.
— А какие ещё приказы успели отдать немцы? — взяв из рук старосты бумажку и прочитав содержание, спросил Матвей.
— Сначала изъять у населения все охотничьи ружья, а потом готовить к отправке в город колхозные запасы, загружать зерно в мешки. Говорили, что на днях должна прийти автоколонна из Борисова для вывоза продовольствия на центральный склад.
— Ружья собрал?
— Только полдеревни успели прошерстить, — смущённо отчитался бывший полицай-староста. — Дробовики свалили в сельсовете, тут, в чуланчике. Прикажете вернуть?
— Нет, оружия у нас хватает и трофейного, — отрицательно покачал головой Матвей. — Дробовики пустим на капканы-самострелы, но это позже. Ты лучше сейчас озаботься экипировкой остальных штрафников. Когда привезут пленных бойцов из похоронной команды, пусть твои парни обменяются одеждой. Надеюсь, из семи комплектов формы красноармейцев найдётся четыре, подходящих по размеру.
— Так может, нехай солдатушки сами продолжают изображать пленных?
— Нет, нам водители нужны, чтобы трофейную технику привести в деревню, — возразил командир. — Да и вас, перебежчиков, требуется испытать в деле.
— Пистолеты с патронами нам хоть выдашь? — насупился главный штрафник.
— Тебе к немецкому карабину дам штык, — чуть сжалился суровый Кадет. — А вот военнопленным оружие иметь неуместно.
— Так мои парни что, голыми руками фрицев душить должны?
