Девушка упорхнула, словно перышко под порывом ветра, грациозно покачивая еще детскими худыми бедрами, но, уже стараясь подражать взрослым дамам. Все время оглядывалась на Элиля, и каждый раз лицо ее озарялось счастливой улыбкой с оттенком смущения. И еще: он заметил в самый последний момент ожерелье на шее, то самое, которое Элиль нашел в заброшенном Ахйоте. Золотые скарабеи. Она с ним не расстается. От этого открытия, душа Эб, живущая под сердцем, запела утренней птицей.
Праздник гремел по всему городу. На улицах жителям раздавали хлеб и пиво. В огромном саду Дома Ликования собрались высокие гости. Повара и хлебопеки приготовили множество угощений. Блюда теснились на круглых столиках. Виночерпии беспрестанно предлагали гостям лучшее вино, выдержанное, терпкое. Музыканты и полунагие танцовщицы развлекали знатных особ. А что выделывали гимнасты и пожиратели огня! К восходу луны многих гостей уже водили под руки в угол сада, где стояли огромный глиняные чаны для очищения желудков. Тут же заботливые слуги умывали гостей и подправляли краску на лице. Посвежевших их возвращали к общему веселью.
Элиль не находил себе места. Друзья, знакомые тянули его присоединиться к веселым компаниям, предлагали вино, но он отказывался. Чуть позже, – обещал всем. Знатные важные дамы, в пышных париках, увешанные драгоценностями и благоухающие, как флакон с ароматным маслом, толкали мужей в бок и кивком указывали на юношу: какой благовоспитанный молодой человек. Такой юный, а уже с золотым скарабеем, в питье умерен, скромный. Неплохая партия для наших дочерей. Пойди-ка узнай: что за красавец? Тут же к дамам жались дочки-подростки, как цыплята к наседке и глупо хлопали большими испуганными глазками.
Мужчины, недовольные тем, что их оторвали от вина и друзей, со скучающим видом подходили к Элилю, желали вечной жизни, заводили ничего не значащие разговоры о походах, об урожае, о доходах и незаметно подводили к женушкам с дочками, где пытались передать его в скорпионьи клещи. Но Элилю удавалось каждый раз ускользнуть, оставляя дам в недоумении, а прелестных дочек с перекошенными от досады лицами.
Объявили выход правителя. Рамзеса вынесли на троне в белом облачении. Многочисленные чати, сияя золотыми ожерельями, заняли места справа и слева от правителя. Маджаи освободили площадь перед троном, попросив гостей отойти. Под старание музыкантов, словно стая лебедей, выплыли Дочери Дворца. Все в полупрозрачных тонких одеяниях, юные, стройные, гибкие. Вместе с ними прилетело облако тонкого пьянящего аромата. Чудесницы закружившись в изящном танце. Девушек было много, не меньше трех сотен. Они передвигались быстро, бесшумно, чуть шелестя тонкой тканью и нежно позвякивая браслетами, плели кружева танца, неожиданно все разом останав-ливались и начинали бешено кружиться, затем вновь продолжали хоровод.
Зрелище завораживало. Еще бы! Танцевали самые красивые девушки Та-Кемет. Жрицы строго следили за воспитанницами, иногда даже чересчур. Правильное питание, физические упражнения делали девушек гибкими и стройными. Их учили плавно ходить, ровно держать спину. Взгляд должен быть гордым, но не вызывающим. Движение легкие, словно туман над утреней водой.
Рамзес выбирал себе наложниц. Он вполголоса спрашивал у чати о той или иной девушке. Они ему обстоятельно докладывали про ее родственников, состояние, воспитание.
Элиль кое-как пробрался вперед и среди мелькающих кружащихся нарядов заметил рыжие волосы Мелины, убранные тонкой серебряной сеточкой. Как она прекрасна! Девушка пропадала в общем движении, но он отыскивал ее взглядом вновь. Вот она изгибается назад, чуть ли не складывается пополам, резко выпрямляется и плавно двигается по кругу, закружилась, выкидывая руки в сторону, словно крылья птицы. На шее сверкает ожерелье из маленьких золотых скарабеев…
Когда церемония смотрин окончилась, Дочери Дворца упорхнули под восторженные возгласы зрителей. Возобновилось веселье. Разнеслась новость о том, что правитель выбрал наложниц. Счастливым родителям вскоре объявят решение правителя.
Мелина нашла Элиля сама. Она еще не поменяла наряд из розовой тончайшей ткани в мелкую складку. Лицо девушки пылало, разгоряченное танцем. От юной танцовщицы исходил пьянящий ароматом жасмина.
– Когда ты меня увезешь? – спросила она, вцепившись ему в руку, по привычке, оставшейся с детства. Но пальчики на этот раз были мягкие, как лапки у котенка. У Элиля сладко забилось сердце от ее прикосновения.
– Когда пожелаешь, – ответил он. – Хоть сейчас.
– Но, ты же принадлежишь войску Амуна, – напомнила ему Мелина. – У тебя есть обязанности.
– Я – рожден свободным и останусь им всегда, – гордо ответил Элиль.
– И я – свободна, – согласилась с ним Мелина. – Повеселимся на празднике, а утром – в путь.
– Так и сделаем!
– Подожди меня, – попросила она. – Я быстро… Только переоденусь.
Мелина убежала во дворец, а Элиль остался ждать. Он все никак не мог поверить, что эта красивая девушка – его маленькая Мелина. И теперь вместе с ней ему предстоит длинное путешествие в далекую Ниневию.
