— Надо найти Костю, — сухо бросила она. Сыщик молча кивнул и пошел вперед, всматриваясь в водную гладь.
Долго идти не пришлось — тело мальчика зацепилось курткой за корягу метрах в пяти от берега. Течение развевало его русые волосы, мертвые глаза с укоризной смотрели в синее небо — такое жизнерадостно-яркое здесь…
Брок, не раздеваясь, зашел в воду и поплыл. Ему не сразу удалось отцепить Костину ветровку — казалось, что река не хочет отдавать желанную добычу. Разозлившись, сыщик дернул плотную ткань что есть силы, и та, злобно треснув, подалась.
Мальчика положили рядом с отцом.
— Может… — глухо начала Сашенька, но Брок помотал головой:
— Поздно!..
— А дракон?.. Он точно умер? — спросила Саша.
— Пойдем, посмотрим.
…Змей Горыныч лежал так же, как и видел его в последний раз земной коллега. Тело покоилось в воде, на отмели, а на берегу лежала лишь средняя голова. Глаза ее были закрыты.
— Папа, он вроде бы шевелится!.. — прошептала Саша.
— Да нет, это течением его…
— Вон, лапа дрогнула!
— Перестань… — скорбно поморщился Брок.
— Он же такой большой, — не унималась Сашенька. — И сердце у него большое. А может, их у него тоже три! Вдруг он всё-таки жив?.. Вдруг мы его еще можем спасти?!
— Как? Искусственное дыхание сделаем?
— А что!.. — бросилась девушка к голове дракона, присела на колени, склонилась было ко рту Горыныча, но тут же отпрянула.
— Ты чего? — удивился сыщик. — Брезгуешь?
— А вдруг он задышит?..
— Разве мы не этого хотим?
— Да, но… Что станет тогда со мной?..
— Что?
— Ну-у… не знаю… Шашлык. Котлета по-киевски. Курица-гриль. Цыпленок табака…
У Брока потекли слюнки. Он только сейчас понял, до чего ж голоден! Аж колени затряслись. Сыщик шумно сглотнул.
— Я бы сейчас поел… — непроизвольно озвучил он заветное желание.
— Меня?.. — удивилась Сашенька.
— Да хоть его, — кивнул на тушу Горыныча Брок и, поняв, что сострил очень неудачно, поспешил добавить: — Прости, друг!..
— Ничего, — сказала вдруг драконья голова, не раскрывая глаз. — Да я всё равно жесткий.
— Ты жив!!! — кинулся Брок к голове Змея Горыныча.
Горыныч приоткрыл правый глаз. Взгляд его был мутным, но определенно живым.
— Вроде жив… Если это не галлюцинация… По твоей теории.
— Но… как?! — ахнула оторопевшая Сашенька. — Это… это же чудо!
— Что как? — открыл Змей второй глаз. Из воды на берег вылезли и две другие головы.
— Как ты не захлебнулся? — пояснил Брок, а Саше бросил поучительным тоном: — Чудес не бывает, дочурка!
— А у меня жабры есть. Я вообще-то земноводный ящер… Правда, жабры — скорее, атавизм. Активно жить под водой я не могу, но на какое-то время поддержать жизнеспособность организма они могут.
— Ага, — широко улыбнулся земной сыщик. — Вот и еще одно чудо нашло научное объяснение!
Взгляд Змея Горыныча стал полностью осмысленным. Все три головы поднялись на длинных шеях и стали осматриваться вокруг.
— А где остальные?
Брок и Саша понурили головы. Девушка прошептала:
— Они умерли…
Головы Змея скорбно закачались. Зашипели на мокром песке горючие слезы.
— А кто этот бородатый старик? — сдерживая рыдания, спросил дракон, глядя туда, где отец с дочерью оставили утопленников.
Бородатый незнакомец и впрямь оказался глубоким старцем. Правильной формы, этакое благородно-аристократическое лицо его было испещрено складками и морщинами. Лоб и верх головы блестели в лучах солнца обширной лысиной. Зато оставшиеся волосы ниспадали седой гривой почти до самой земли, равно как и седая же борода. А вот глаза его молодо и пронзительно сияли тем же неестественно ярким синим цветом, что и здешние небеса. Старик был явно из того же рода-племени, что и встреченные ранее охотники, только, в отличие от последних, на нем был длинный черный халат с вычурным золотистым орнаментом.
Разглядывая незнакомца, Брок не сразу посмотрел на тела двух несчастных Константинов, и только Сашенькин вскрик заставил его оторвать от старика недоуменный взгляд.
— П-пап-п-па… — сказала Сашенька, протянув дрожавший палец. Брок проследовал за ним глазами и уперся в сидевших на песке Константина Петровича и Костю. Те тоже хлопали глазами, разглядывая колоритного старца.
— Привет, — кивнул им сыщик. — Как дела?
— Хорошо, — ответил Константин Петрович. — Чуть не утонили, на хрен!..
— А не утонули разве? — нахмурился Брок, явно чего-то не понимая.
— Утонули-утонули!.. — пискнула Сашенька, спрятавшись за отцовскую спину.
— Да живы мы! — вскочил на ноги Костя. — Не видите, что ли?!
Брок вспомнил о старике и повернулся к нему.
— Это вы их?..
Старик загадочно улыбнулся.
— Да успел вот. Еще бы немного…
— Вот, папочка! — выпрыгнула из-за спины Брока Сашенька. — Я ж говорила тебе, а ты: поздно, поздно!.. Тебе земноводное пресмыкающееся дороже людей!
Змей Горыныч обиженно хрюкнул, но промолчал. Брок же молчать не стал:
— Ты же сама видела! Они были мертвее мертвых!..
— Зато теперь — живее всех живых! — не унималась Саша.
