Этапы смущения и стыда она пережила в поезде.
Правда, сначала, на верхушке скалы, спасённого сыщика из-за его улыбки и дурацкого "как это я не подумал?" чуть было не стукнула.
Потом он признался, что, увидев её на узеньком выступе, далеко под которым среди камней плескалась вода, не мог вначале думать ни о чём, кроме как: "Слазь оттуда! Немедленно слазь!" Добрый человек, а она торчала перед окном растрёпанная и злая, настоящая ведьма, потерявшая метлу. Ей, видите ли, не пришло в голову, что, во-первых, из окна Рощин не видел, как расположен барьер, а во-вторых, без посторонней помощи он вряд ли выбрался бы на него - не акробат, скорее свалился бы вниз, на камни.
Но пока они ехали в "Лаславское", Рощин заставил Ирину покраснеть до ушей и всю дорогу ругать себя за глупость, сообщив, как его нахально похитили, отвезли в Длинноозёрск и всячески запугивали (пока без рукоприкладства), требуя рассказать всё, что ему известно... о продаже "Лаславского".
- "Лаславское" хотят купить.
- Как купить? - удивилась Ирина. - Дворец и поместье - это культурный памятник.
- Так и купить. Не открыто, конечно. Потихоньку оформят документы, потихоньку снимут с баланса. Лес и парк собираются почти полностью вырубить и затем настроить тут коттеджей и вилл.
Вот так! Если бы она не строила умозрительные гипотезы исчезновения Рощина и не перебирала взятые с потолка варианты того, что нужно сделать, то сходила бы, прежде всего, на мельницу, где он проводил большую часть времени. Там нашла бы почти все его вещи и смело могла бы заявлять в полицию, что вот, наш "мельник" неожиданно пропал в чём, как говорится, стоял, и его нужно обязательно искать.
- Но это же ужасно и незаконно! - возмутилась Ирина.
- Да, незаконно. Потому меня и похитили, и увезли подальше. Применять более жестокие меры будущий заказчик наверняка опасался, вот подержать неудобного человека под замком, пока всё не станет свершившимся фактом - это самое оно.
- А когда факт свершится?
- Точно не знаю, но месяца через два.
- Тогда нужно поднять шум, предупредить и...
Он похлопал её по руке:
- Не шуми, раскипелась, понимаешь... Дело в том, Ира, что у нас нет вещественных доказательств и свидетелей. Всё это я узнал от двух человек, которые открыто об этом не скажут. Не то чтобы им угрожали, но такие в их среде обычаи.
Ирина вспомнила слова Анели.
- Понимаю. Все всё знают, но делают вид, что ничего не происходит.
- Да, как-то так.
- Но у тебя же была какая-то задумка, раз они тебя похитили.
Он грустно покачал головой:
- Нет, всё получилось очень нелепо. Когда я начал раскапывать всё это дело с продажей, то за мной начали следить, а тут Элла Певцова решила искать Надю и нанять для этого меня. Как говорится, последняя капля, потому что Надя, насколько я понимаю, слышала о покупке "Лаславского" и знает покупателей. Вот меня на время и изъяли, чтобы я не путался под ногами у солидных людей.
- И ты теперь не будешь путаться?
- Бесполезно, что я могу? Всё так шито-крыто, что нужны серьёзные доказательства. А если их нет...
- А если их нет... - машинально повторила Ирина пытаясь поймать очередную ускользающую мысль. Что? Что-то связанное с БОЛЬШИМИ и ОЧЕНЬ БОЛЬШИМИ ДОМАМИ, которые она просматривала для Роксаны. - Мы не можем помешать продать и купить...
Да что же она там такое видела? Что-то очень-очень простое, но обычному человеку редко приходящее в голову.
9
Вечер следующего дня застал Ирину в "Лаславском" и в том же состоянии напряженной умственной деятельности. Только изредка оно прерывалась сожалениями о том, что Алексею пришлось уехать по делам, ведь Игорь, второй штатный сотрудник детективного агентства "Ключ", заочно знакомый Ирине, всё ещё находился в отпуске.
Расхаживая по комнате, она то вздыхала о симпатичном сыщике, то начинала опять мысленно повторять: "Да что же я там такое видела? Что-то очень-очень простое..." и кидалась к ноутбуку. Наконец решила, что утро вечера мудренее и легла спать, с улыбкой обнимая подушку.
И ничуть не испугалась, когда её разбудили стук и шаги. Наоборот она спрыгнула с постели и крепко схватила светящегося посетителя за бакенбарду. Тот охнул, отшатнулся... и клок волос остался в руке Ирины.
- Ага-а-а, - торжествующе сказала она, удерживая "призрака" теперь за шиворот. - Попался? А ну, пошли к тёте Жанне!
- Не нужно, умоляю вас, - он рванулся, но воротник держался крепко и только затрещал. - Если вы меня выдадите - я утоплюсь. Вот в том пруду, что за окном утоплюсь!
- Подожди топиться, ты кто такой?
- Петр Котиков.
- Что ты врёшь, я знаю Петра Несторовича Котикова!
- Да, это мой родной дядя. Он Петр Несторович Котиков, а я Петр Васильевич Котиков.
- Тогда почему ты не приходишь, как твой дядя и другие люди, в дверь, а шастаешь по ночам в комнатах и пугаешь женщин?
- Потому что я её люблю больше жизни, но эта ужасная женщина никого к ней не подпускает!
Ирина кивнула.
- Значит, ты придумал такой способ увидеть Алису? И поэтому светишься как собака Баскервилей. Кстати, а как ты светишься?
Он слабо махнул рукой:
- Неоновая гирлянда.
