Ночью вставала два раза: приснилось, что забыла закрыть дверь, и кто-то приотворяет её, уже в щель просовывается рука с пистолетом. Вскочила, напугав кота, он скакнул на пол и забился под диван. Домчалась до двери. «Все закрыто. Вот дура!» Снова уснула, но коту понадобился горшок, он орал и скребся под дверью комнаты, пока Лида его не выпустила. Оставила дверь открытой, и не зря: кот пришел назад и быстро уснул. А Лида ворочалась почти до рассвета. «Как быть дальше? Как жить? Может, открыться Тимофею?» Он нашел в ней свой «милый идеал». А она – хрясь! его по голове дубиной грубой реальности: долги, коллекторы, убийство, чужие документы. «Нет, лучше по старому плану: к Оксане, через неё – к отцу. Если повезёт, то сбудутся мамины надежды. «Последняя надежда» – так фирма называлась, где обещали вылечить Игоря. Игорек, как же так получилось? Почему нельзя отмотать время назад, что бы он был здоров, красив, талантлив?» Игорь с виноватым видом что-то стал объяснять Лиде чуть слышно и невнятно. Потом появился призрак Лии, тихий, полупрозрачный, бродил по комнате, гладил кота. Потом она, молча, попросила Лиду подвинуться и прилегла с краю на диван. Лида не боялась её: сестра, как ни как.
Проснулась Лида с тяжелой головой. Открыв глаза, долго не могла понять, где она, почему, и даже – кто она. «Я – Лия, это моя квартира… Тьфу, пропасть! Я – Лида, я в квартире Лии». Часы опять показывали полпервого. Но это был день, темный, как вечер. Окна на запад, а сегодня пасмурно, да еще и шторы закрыты. Неугомонный Кис-Кис, как лоцман в порту, оглядываясь и мяукая, повел Лиду на кухню, где сразу получил свой законный обед. Сама же Лида есть вообще не хотела, но развела себе кипятком пакетик овсянки с черникой. Умылась, поела и собралась опять искать Оксану. И если телефон её не доступен, то существует старое средство связи, письмо, которое можно кинуть в почтовый ящик. Лида взяла со стола блокнот Лии и трудилась минут пятнадцать. Она писала, зачеркивала, начинала снова, стараясь не назвать ни имени, ни города.
«Оксана Олеговна! У меня для Вас есть очень важное сообщение от Вашей подруги по институту, у которой Вы гостили в… (Лида посчитала по пальцам) в 2002 году. Не могу Вас застать дома, напишите время, когда можно прийти, на своем почтовом ящике карандашом». Лида с сомнением перечитала текст. «Не очень убедительно. Поверит ли? Поймет ли? А если она не приедет и за неделю? Ладно, пусть, буду ходить каждый день и проверять ящик, это не же третий этаж».
И вдруг Лида услышала, как в замке входной двери поворачивается ключ. Испугавшись, она прикрыла дверь комнаты, оставив щелку, и затаила дыхание. Вот открывается вторая дверь, и в полутемную прихожую входит фигура в кофте «худи» с опущенным на лицо капюшоном, она закрывает за собой, поворачивается, капюшон откинут. У Лиды потемнело в глазах…
– Лида, очнись! – На лицо брызнула холодная вода.
– Лия… Я сплю?
– Нет, ты в обморок упала. И прямо мне под ноги из-за двери рухнула. Вставай, пойдем кофейку попьем. О, Маркус! Изменник коварный, уже из рук новой хозяйки ест! Ну, иди на коленки, поглажу!
Громкое мурлыканье Маркуса сразу показало, кто в доме хозяйка. Он подставлял то щечки, то грудку, то живот, игриво хватал хозяйскую руку лапками без когтей. Кот был совершенно счастлив.
– Ну, хватит, Маркус! Иди, доедай сухарики. А мне надо кофе сварить. Представляешь, Лида, я совсем не собиралась заводить кота. Это Зойка, подруга, мне сосватала. Все ныла, возьми, да возьми котенка, тебе не скучно будет одной в квартире. А я отнекивалась, что с котом хлопотно, ухаживать надо, кормить. А куда девать, если надо уехать куда-нибудь? Но Зойка поклялась, что на время моих отлучек будет за котом следить. Уговорила, одним словом. А сейчас я не представляю, как жить без этой зверушки. Он такой ласковый, общительный, аккуратный, умный.
Лида слушала, молча, не придя в себя после потрясения. Тем временем Лия сварила кофе, разлила в две чашечки, и они стали пить его, сидя напротив, поглядывали друг на друга и неудержимо улыбались. Лида с короткой стрижкой черных волос – и Лия с короткой стрижкой черно-русых волос, а полголовы выбрито и пластырь наклеен.
– Лия! Не может быть! Ты – живая! А я думала, тебя нет. И назвалась Лией. Прости!
– Ничего, я тоже думала, что ты погибла. И назвалась Лидой. А совсем недавно поняла, что ты жива. И всю голову сломала, как мне тебя найти без шума. Ты же мне адрес своей Оксаны не сказала. Зато теперь мы встретились. И, кстати, можем обменяться документами.
– Да, у меня твой паспорт.
– Это я методом дедукции уже вычислила. А у меня для тебя, увы, только справка из полиции с фотографией.
– И я жила в твоем доме, присвоила вещи, деньги и ключи. Но я все с собой принесла: карточку банковскую, телефон.
– Телефон?! Он же нас выдаст.
– Нет, он разряжен и в фольгу завернут.
– Молодец! Сечешь фишку.
– И жениха почти присвоила.
– Какого?!
– На мне захотел жениться Вадим Степанов, но я от него сбежала.
– Тут наши вкусы совпали. Кстати, Лида, что случилось с твоим носом?