Утром она долго умывалась холодной водой, чтобы скрыть следы слёз. Саша с утра отправился на работу. Они позавтракали с Верой, и та засобиралась на рынок. Лия предложила пойти с ней, но Вера холодно отказалась. Что ж, тем лучше для Лии. Первым делом она сменила повязку из бинта на пластырь. Не касаясь виска, протерла голову влажными салфетками, не промыла, конечно, но стало свежее, приятнее. Волосы с макушки зачесала на правый висок. «Страшненько, но в глаза не сильно бросается. Капюшон накину, сегодня погода нежаркая».
Она быстро собрала свою сумку. Долго думала, что написать в записке. Написала кратко:
«Саша и Вера Васильевна! Спасибо вам большое за гостеприимство, за заботу обо мне. Извините, что ухожу, не попрощавшись. Меня нашла моя подруга. Позвоню, как устроюсь».
Подписывать записку не стала. Положила её на видное место на кухонном столе, захлопнула дверь и вышла на улицу.
От идеи купить левый телефон для связи с Зойкой, Лия отказалась. И не потому, что такие телефоны, вероятнее всего, краденные. Она боялась, что отчим её уже ищет. А значит, может прослушивать телефон Зойки. То письмо, что она написала Зойке с компьютера Веры, Лия удалила и следы подчистила. Зойка на лето устроилась работать в фирму компьютерных игр. Лия знала, что офис фирмы находится в центре, недалеко от Центрального парка, куда Зойка часто выходит на обед. Она надеялась, что Зойка поняла смысл её письма, и придет в парк.
Лия устроилась на лавочке недалеко от входа в парк, откуда может прийти подруга. Она сидела с беспечным видом, не спеша ела мороженое и ждала. И Зойка пришла, почти вбежала.
– Лийка! Живая! – Обычно сдержанная Зоя не скрывала своих чувств. – Что с тобой случилось? Я чуть с ума не сошла. Ты сказала, что уедешь дня на три, а получилось почти на месяц!
– Так случилось, прости. Как там Маркус, не похудел?
– Растолстел, скоро в двери не пройдет. А мне пришлось иногда ночевать у тебя, он безумно скучал по тебе. Я сначала лишь через день по вечерам приходила, но он стал истерики устраивать, когда я собиралась уходить, мявкал, хватал лапками за ноги. Я места себе не находила, когда ты пропала. Металась, не знала, что делать. И как осенило! Авария автобуса! Сначала тебя в списках погибших нашла, чуть не умерла от горя. Несколько дней плакала вместе с Маркусом. А ты в это время лежала живехонькая в Искитимской больнице. Что ж ты мне-то не позвонила? Я еле дозвонилась в эту больницу, собиралась приехать навестить, но тебя уже выписали. Ни домой, ни ко мне ты не пришла! А теперь я поняла, ты же головой ударилась, память потеряла. Вот, какой здоровущий пластырь на виске! Бедная, видно, рано тебя выписали. Слава Богу, что ты теперь вспомнила меня.
– Стоп! Хватит обниматься, раздавишь! Повтори, где ты меня нашла? Живую?
– Ну, да, живую, в Искитиме. И они сказали, что родственники приехали за тобой и забрали домой долечиваться.
– Ничего не пойму!
– Успокойся! Дыши глубже! Я тебя расстроила? Выжила же!
На них стали оглядываться прохожие. Лия сжала руки. Она должна спокойно подумать и разобраться. И ей жизненно необходим её компьютер.
– Зоя, ключи от квартиры у тебя? Дай мне их, пожалуйста. Я свои ключи потеряла.
– Возьми. Не переживай, дубликат мы сделаем. Там в холодильнике еда, разогревай. Я ждала тебя, готовила, пришлось заморозить.
На лестнице не было ни души. Сумка оттягивала руку, но Лия не спешила. Она осторожно повернула ключ в замке, открыла дверь, остановилась и прислушалась, нет ли засады. Было тихо. Она вздохнула свободно, наконец-то дома. И вдруг скрипнула дверь комнаты, и выпало тело… «Кто это!? Лида!?»
– Господи, как я рада, что ты жива! Что мы обе живы!
– Погоди радоваться, одна в розыске, вторая помогла преступнице. Ты лучше ещё раз опиши того убийцу.
– Да я его не видела.
– Нет, видела, и потому сейчас испугалась. Чем я его тебе напомнила?
– Курта с капюшоном, темная, темно-серая. Рост, наверное, немного выше меня, да он стоял у сейфа, сейф мне вот так, а он выше, метр восемьдесят примерно. В левой руке держал сумку, а правой вынимал пачки денег.
– Часы на руке, браслет, кольцо?
– Нет не часы, но что-то было, какое-то пятно треугольное.
– Родинка, тату?
– Да, конечно, тату! На запястье с внутренней стороны из-под рукава выглядывала татушка, черная. Но я не представляю, какой там может быть весь рисунок. Штрихи тонкие или сеточка. Лист или кончик крыла?
– Лида, это может быть кончик хвоста?
– Да, может быть, чешуйчатый дракон или змея. Штрихи – чешуйки.
– Пойдем, я тебе на компе покажу.
Лия запустила моноблок, ввела три раза разные длинные пароли, нашла картинку, увеличила, повернула экран к Лиде. На левой руке мужчины с неплохим бицепсом красовалась змея, голова которой начиналась на плече, чешуйчатое тело извивалось вдоль всей руки, а хвост заканчивался на запястье с внутренней стороны.
– Да, возможно, но это один из вариантов, могут быть и другие картинки. Я читала, большие рисунки во всю руку или ногу выбирают самовлюбленные эгоисты. Если верить автору, конечно.