Та'рих-и Рашиди полностью

Когда распространилась весть о выступлении Кучлука, и он дошел до границ Эмиля и Кийалика, то к нему присоединился Туктай, который был одним из эмиров макрита, и до этого бежал от натиска повелителя мира Чингиз хана. Люди [Кучлука], где бы они ни находились, присоединялись к нему, и он стал совершать набеги, бросаясь с одного места на другое, грабил и то уходил, то приходил.

Когда Кучлук услышал о победе хорезмшаха Султан Мухаммада, он стал отправлять к нему одного за другим послов [с просьбой] выступить против гурхана с запада, а он, Кучлук, выступит с востока, чтобы убрать гурхана. Если хорезмшах Султан Мухаммад опередит [Кучлука] в натиске и в устранении [гурхана], то из его владений хорезмшах Султан-Мухаммад возьмет себе Алмалик[826], Хотан и Кашгар, а если опередит Кучлук и захватит Кара-Хитай, то ему будут принадлежать местности до Финакета[827][828]. На том они порешили и заключили между собой договор. Согласно этому договору они отправили с двух сторон войска на Кара-Хитай. Кучлук опередил. Войско гурхана было далеко, и здесь он потерпел поражение. [Кучлук] ограбил его казну, которая находилась в Узганде, и оттуда направился в Баласагун[829]. Гурхан находился там. В Джинудже[830] произошло сражение. Кучлук потерпел поражение и большая часть /183а/ его войска оказалась в плену. Кучлук ушел и взялся за создание войска и дружины. Когда он услышал, что гурхан вернулся к себе после битвы с хорезмшахом Султан Мухаммадом и допустил беззакония по отношению к подданным области, и его войско также вернулось в свои места, Кучлук, как молния, блеснувшая из-за туч, устремился на него, подчинил его войско, захватил его владения и потребовал [в жены] одну из его дочерей. Большая часть племени найман была христианами. Он принудил девушку, чтобы она тоже стала идолопоклонницей и отреклась от христианства.

Когда [Кучлук] прочно утвердился во владениях карахитаев, то он несколько раз ходил войной на [гурхана] до Ханбалика[831], и, наконец, внезапно застал его врасплох на месте охоты и убил. Главы Кашгара и Хотана[832] стали проявлять к нему вражду. Гурхан держал в тюрьме сына кашгарского хана, а [Кучлук] освободил его из оков и отправил обратно в Кашгар. Но эмиры схитрили и до того, как он вступил в город, убили его между воротами. Начиная со времени созревания зерна и жатвы Кучлук посылал туда войска [на постой]. Они съедали и сжигали [хлеб]; после трех-четырех раз посещения войска там кончилось зерно, началась дороговизна, от голода народ обессилел и покорился ему. Войско [Кучлука] приехало сюда и его воины селились в каждом доме, где был кедхуда. Так как все жили в одном месте и в одном доме [с хозяевами], то начались насилия и бесчинства. Идолопоклонники делали все, что хотели и могли, никто не мог воспрепятствовать этому.

Оттуда [Кучлук] отправился в Хотан и взял его. Затем он принудил жителей этих мест отказаться от религии Мухаммада и /183б/ выбрать одно из двух: учение христианства или идолопоклонство, [с одной стороны], или пусть они надевают китайскую одежду — [с другой]. Люди выбрали китайскую одежду (т. е. буддизм). Аллах всевышний сказал: <Кто же вынужден, не будучи нечестивцем и преступником, — нет греха на том: ведь Аллах прощающ, милосерд>[833]. Были запрещены призыв муаззина к молитве, единобожие правоверного; мечети закрыли, а медресе пришли в ветхость.

Однажды в Хотане, в степи, собрали известных имамов Хотана, и Кучлук провел с ними диспут. От имамов задавал вопросы и давал ответы имам Алааддин Мухаммад ал-Хотани. После того, как он исполнил свой долг, его повесили над дверью медресе. Об этом я расскажу позже. В общем дело ислама погасло и разом исчезло, нескончаемые притеснения и разврат царили над всеми рабами божьими. Они обратились с мольбой к небу и, похоже, что стрела мольбы попала в цель одобрения и принятия [Аллахом]. Когда Чингиз хан выступил для завоевания стран, он для устранения бесчинств Кучлука и с тем, чтобы положить конец его злодеяниям, отправил группу из нуйанов. [Кучлук] в то время находился в Кашгаре. Люди Кашгара рассказывали, что когда прибыли нуйаны, они не успели еще построить боевые ряды, как Кучлук бежал. Отряды моголов, прибывавшие один за другим, ничего не требовали от жителей, кроме Кучлука. Они разрешили прославление Аллаха, призыв к молитве и исполнение ее. /184а/ Нуйаны объявили в городе, чтобы каждый следовал своим обычаям и вере.