Та'рих-и Рашиди полностью

Йусуф-и Сиддик <да будет благословение ему> картину признания отцу и братьям, о чем сообщает [айат] <И поднял он своих родителей на трон, и пали они пред ним ниц>[144], видел через дверцу сновидения за долгие годы до свершения этого события. Добрая весть о завоевании Мекки <да увеличит Аллах славу ее>, как явствует из содержания [айата] <Аллах верно исполнил свое обещание, данное своему посланнику в сновидении>[145], также была [заранее] начертана на открытом божьему гласу сердце /15а/ султана Посланников [Мухаммада], <да будет им наилучшее из благословений и приветствий>. Этот дар сообразно с важными делами государства и интересами царства дается величайшим султанам и хаканам в силу того, что они являются наместниками [Аллаха] во внешнем мире, как это случилось с его величеством Сахибкираном. В том положении, когда возникло такое трудное дело, как противостояние вражескому войску, превосходящему по силе, [Сахибкиран] однажды в полдень задумался над этим и во время размышлений его охватил сон. Он услышал отчетливый голос, который красноречиво произнес: “Радуйся и не печалься, так как всевышний Господь даровал тебе помощь и победу”. Как только он пробудился ото сна, он, чтобы устранить сомнения, спросил у присутствующих: “Кто-то что-то сказал сейчас?” Все ответили: “Нет”. Он уверился, что те слова, которые дошли до его ушей, были гласом неба, и тот зефир с приятным ароматом радостной вести подул из цветника всеобъемлющей божеской милости. Благодаря божественной поддержке его уверенность стала более крепкой. Окрыленный и уверенный в себе, он явился к эмиру Хусайну и рассказал ему о случившемся. От этой вести у всех возросли уверенность в поддержке и радость. Сердца подчиненных и господина, сжатые подобно бутону, расцвели от этой вести, как роза от утреннего ветерка:

Эмир Хусайн и его величество Сахибкиран, воздав хвалу и благодарность Всемогущему Повелителю повелителей, благополучно оседлали коней и, соблюдая осторожность, привели в порядок два крыла войска. Эмир Хусайн, возглавив правое крыло, поднял победоносное знамя [войска], а его величество Сахибкиран, поскольку во время сражения он обычно являлся сердцем битвы, сделал левое крыло средоточием своего победоносного знамени Построив ряды в таком порядке, /15б/ они выступили.

Вражеское войско, находившееся в Таш Ариги, также составило два крыла; левый фланг украсился сиянием Илйас ходжа хана и эмира Хамида, а правый фланг — великолепием эмира Тук Тимура и эмира Бекджака. Войска обеих сторон выстроились и обратили лик вражды друг против друга:

Войска двух сторон встретились в местности Каба Матин. Бой барабанов и крик храбрецов поднялись до небес. Сначала авангард вражеского войска, высокомерно полагаясь на свою многочисленность и воинственность, погнал коней сражения на поле состязания против его величества Сахибкирана. Его величество Сахибкиран как полюс укрепил ногу устойчивости в центре непоколебимости, подобно основе своего государства, и, опираясь на победоносные стремена, протянул проворные руки к тетиве лука, сделав левую руку алифом, а правую далом[146]:

Воины, подобно своему государю, как звезды вокруг луны, выпустили из луков в сторону врагов рассыпающие огонь стрелы. Острие стрелы написало кровью храбрецов толкование [айата] <И сделали их побиением для дьяволов>[147], и их состояние напоминало изложенное [в айате] <И пали они пред ним ниц>[148]. Богатыри вражеского войска, которые в яростном огне злобы мчались, как ветер, падали на землю, как дождь. Некоторые из них расплескали воду жизни по ветру, а некоторые из-за жгучих ран от огненных стрел положили свою полную вражды грудь на землю, — двустишие: