Это целомудрие было липовым. Чистой воды притворство перед бароном. Близнецы и хатамото столько раз видели ее почти голой... Да и без всяких почти, тоже. Плыли пол года в одной каюте... Было и ушло. Теперь следовало блюсти приличия... Ой, тяжела шапка Мономаха.
Ли шуршала одеждой. Выпрямилась, подпустила гнева во взгляд. Встала боком к все еще склоненному в низком поклоне царедворцу, следя за тем, чтобы грудь была скрыта низко спущенными складками шелка.
-Смотрите, барон.
Он поднял глаза. Пошатнулся. Принцесса подумала, что рухнет. Лицо исказилось, губы затряслись.
-Ваше Высочество!!! Ваше Высочество!!! Сколько лет... Сколько лет... Я потерял всякую надежду... Почти. О, Ваше Высочество!
Все же не справился с чувствами, скупая едкая слеза скользнула по суровой умной физиономии. Губы искривились. Поклонился. Замер. Ожидая пока госпожа приведет в порядок одежду. Ли нарочно провозилась лишних пару минут. Скомандовала близнецам по-росски.
-Все.
Перешла на Синто из уважения к хатамото.
-Все. Аригато годзиемасито, Ояма-сан. Можете оборачиваться.
Бросила уже барону на классическом романском.
-Вы тоже Шико. Вас тоже касается.
Царедворец торопливо помял рукой лицо, точно стирая остатки недозволенных чувств. Выпрямился, пал на одно колено.
-Прошу разрешения присягнуть Вам.
Ояма смотрел невыразительно, но принцесса угадала одобрение. Близнецы все еще злобно щерились на наглеца. Либерия подала ладонь для поцелуя.
-Принимаю Вашу присягу барон. Служите мне верно. Так же, как вы служили Алентевите-Августе-Аэль. Можете встать.
Поднялся он с усилием. Точно враз заскрипели суставы. Напряжение схлынуло, лишая сил. Но как выяснилось только физических. Речь была бодрой, в глазах горела напряженная работа мысли.
-Могу я почтительно спросить в чем состоит сейчас ваш первоначальный план, Госпожа?
Либерия пожала плечами и ответила чеканной цитатой из Цезаря. Под которой скрывалось, как почти всегда бывает с красивыми фразами - полное отсутствие умного плана.
-Прийти. Увидеть. Победить.
Хороша бы она была без Шико!!!
Оказывается уже год как зрел заговор. В который вступила не одна сотня армейских офицеров и десяток чиновников. План был прост - убить чудовище. Хотя о том, что Андриан не человек знала, вернее догадывалась лишь самая верхушка заговорщиков. Пять офицеров и барон. Остальные считали короля сумасшедшим узурпатором. Трон могла занимать только женщина с династическим символом на плече. Таковых не осталось в живых. И на престол было решено возвести дальнюю (как она только уцелела) родственницу Либерии. Ныне, проживающую в предместьях Пари. К ней уже отправились гонцы. Ее ребенок, девочка, возможно и получит от Тинэль искомый знак в ближайшем будущем. (Если сама Тинэль, ее воля жива. Ходили слухи, что запретный луг в царском селе выкошен.) А значит, труды и риск будут оправданы. День икс был назначен. Все ждали лишь ответа будущей самодержицы. И тут...
-Я узнал о Вас!
-Браво барон Шико. Вы умеете быть оперативным. Это превосходно.
Он смотрел на нее со странным выражением лица.
-Что вы щуритесь? Приведение увидели?
-Простите, Ваше Высочество. Просто. Время точно потекло вспять. Господи, как Вы похожи на королеву мать. Господи Боже мой. Это невероятно. Хотите взглянуть?
Вытащил цепочку белого металла старинной работы из внутреннего потайного кармана. Щелкнул крышечкой. Протянул портрет. Либерия посмотрела на миниатюру. Бабка стояла в полных доспехах. С мечом в руках. Смотрела строго.
-Благодарю. Приятно, что вы находите нас похожими.
Он быстро спрятал портрет обратно. Подтянулся. Изрек важно.
-Для успеха нашего дела это крайне полезно. Я имею ввиду фамильное сходство. Более чем редкий цвет глаз. Волосы.
Профиль он деликатно не упомянул. Хотя в последнее время принцесса нашла свой орлиный нос вполне симпатичным. И перестала дергаться по этому поводу. То есть вообще. Если у Ангелины Королевой просто не было средств на визит к приличному пластическому хирургу, то Либерия сего не замышляла в принципе. Вот так. Все течет, все меняется.
-Барон. Изложите ваши соображения.
-Мы выступаем завтра.
-Дальше.
-Но не в столицу. Нет. Высадимся у небольшой деревушки Чивитавекья. Там собираются преданные войска.
-Хорошо.
-Они присягнут Вам. Тогда уже мы двинемся к столице.
-Это означает гражданскую войну, барон. Прольется море крови. Вы понимаете? Море.
-Мы постараемся избежать этого. Насколько окажется возможным. Но, другого выхода нет, Госпожа.
-Уйдите, барон. Я хочу остаться одна.
Он был настойчив. Либерия могла понять. Ведь рисковал головами друзей. И каждым годом трудной жизни в изгнании, когда ухитрился уцелеть, но был лишен возможности вмешаться в творимые ужасы. Его ставка была огромна - все! Абсолютно все, что имел и ценил.
-Уйдите, барон. Я принимаю ваш план. Когда мы грузимся на корабль?
-Сегодня ночью.
-Хорошо. Вы уйдете, наконец???
Кланяясь он вымелся из комнаты. Либерия подошла к окну. Прижалась горячим лбом к холодному стеклу. Опустила ладонь на рукоять Амэ-но ри. Задумалась. Четки на запястье были приятно теплыми, хоть и позвякивали металлом.
-Вот так.
