С нетерпением я ждала новой встречи с Богданом. Однако ни в понедельник, ни во вторник, ни в среду он со мной увидеться не мог: работа, театр, и куча других занятий, занимали всё его время. Благо, что хоть на звонки и смс у него находилось несколько минут в день. Но мне-то хотелось снова гулять, видеть его глаза и улыбку, обниматься, целоваться! Неужели Богдану не хочется того же?
— Пааа, ну почему он не может найти хотя бы часик времени на меня? — хныкала я за ужином в четверг.
— Солнышко, у него сложная работа. Потерпи до выходных, обязательно увидитесь.
— А может, я ему просто не нравлюсь?
— Нравишься, — уверенно заявил папа, который был в курсе нашей с Богданом прогулки и посиделки в кафе. Конечно, я не сказала ему, что мы целый час потом просто целовались, но отец и сам это понял, увидев меня в тот вечер с красным из-за щетины Данчика подбородком.
Услышав ответ папы, я лишь вздохнула, поскольку моя уверенность в том, что у Богдана ко мне действительно есть симпатия, таяла с каждым новым днём.
Счастье вернулось в пятницу.
В обед Богдан прислал мне сообщение с вопросом:
— Смотри! — радостно воскликнула я, показывая Алёнке переписку с Даней, — Мы сегодня увидимся. Наконец-то!
— Слава богу, — подружка театрально сложила руки на груди, — А-то я уже начала за тебя переживать — ходишь как в воду опущенная.
Алёна прищурилась и с улыбкой добавила:
— И всё-таки ты по уши втрескалась в этого неформала.
— Возможно, — смущенно ответила я.
— Надеюсь, что он сделает тебя счастливой, а отношения с Игорем забудутся как страшный сон.
— Уже забылись.
Время пролетело, словно выпущенная из арбалета стрела. И вот на часах уже девятнадцать ноль-ноль, а квартиру оглашает трель звонка. Окинув критическим взглядом своё отражение в зеркале, я поспешила открыть дверь.
— Добрый вечер, — обольстительным голосом произнёс Богдан, вновь заставляя сбиться с ритма мой пульс.
— Привет. Ты всегда такой пунктуальный?
— Стараюсь.
— А я наоборот: частенько опаздываю или собираюсь, как угорелая, — усмехнулась я и, быстро намотав вокруг шеи тёплый шарф, прихватила с пуфика свою сумочку, — Ну что, идём?
Как только я переступила порог квартиры, Богдан притянул меня к себе и нежно, едва касаясь, поцеловал сначала в губы, а потом в кончик носа. Взявшись за руки, словно по привычке, мы вышли из подъезда.
— Ты умеешь кататься на коньках? — поинтересовался Данчик.
— Если честно, то плохо — всего один раз пробовала, — призналась я, — Предлагаешь сходить на каток?
— Угадала.
— Но их же еще не залили?
— Крытый работает. Но если ты не хочешь, то придумаем другое занятие, — парень уловил в моём тоне нотки сомнения, однако я быстро произнесла:
— Нет-нет, я вовсе не против! А ты хорошо катаешься?
— Ну так, увлекался одно время.
— Есть ли вообще хоть что-то, чем ты не увлекался? Мне кажется, ты умеешь делать абсолютно всё!
Богдан не удержался от смеха.
— Нет, малыш, ты не права. Есть кое-что, чего я не умею: водить машину.
— Неожиданно, — искренне удивилась я, — Планируешь пойти в автошколу?
— Да, в следующем году хочу наконец-таки получить права. А сейчас нам придётся выбирать: едем до катка на автобусе или закажем такси?
— Давай на автобусе. Мы ведь никуда не торопимся?
— Абсолютно нет.
Этот вечер оказался не менее прекрасен, чем наша предыдущая встреча. Богдан великолепно катался на коньках и пытался научить этому меня. Я же была словно корова на льду, однако ни меня, ни его, это ни капли не смущало. Мы держались за руки, громко смеялись, Богдан ловил меня, если вдруг я начинала падать, и, конечно же, украдкой целовались.
Вдоволь накатавшись и устав, отправились подкрепиться в ближайшее кафе, а потом допоздна гуляли по городу. Уютно светили фонари и неоновые вывески рекламы, и в их тёплом свете медленно кружили вальс резные снежинки.
— Красиво, правда? — запрокинув голову наверх, произнесла я.
— Красиво, — согласился Богдан, повторив моё движение и подставляя лицо снегу.
— У меня тушь не потекла? Посмотри, пожалуйста, — попросила я, спустя минуту. Всё-таки, какой бы водостойкой ни была косметика, а не факт, что выдержит русский снегопад. Парень повернулся ко мне и осторожно взял моё лицо в ладони, внимательно его разглядывая.
— Всё в порядке, — прошептал он, — Ты так прекрасна!
Моё сердечко совершило радостный кульбит: таких слов мне никто никогда не говорил! Красивая, классная, прикольная, милая, сексуальная и прочие эпитеты — в избытке. Но «ты так прекрасна» я слышала в свой адрес впервые. Столько было нежности в этой фразе! Столько в голосе Богдана было…восхищения! А может мне послышалось? Я ведь обычная девчонка, чему восхищаться? Зато он — такой невероятный, такой космический… Словно с другой планеты!
— Не льсти, — прошептала я в ответ.
