— Готовлю для тебя ужин, — улыбнулась я, приветливо чмокнув его в губы, — Давай скорее раздевайся и проходи. Голодный, наверное, с дороги?
— Ага, — кивнул Богдан, — Но чтобы утолить этот голод, придётся раздеваться и тебе тоже.
Он шагнул ко мне и, властно притянув к себе за талию, прижался к губам жадным поцелуем. Я ощутила, как по телу прокатилась горячая волна возбуждения. Каждое прикосновение Богдана было для меня таким же волнующим и зажигающим, как в первый раз. Хоть бы эти чувства между нами никогда не угасли! Такое возможное? Так бывает в жизни?
Богдан подхватил меня на руки, а я обвила его ногами, словно медвежонок коала. Он донёс меня до комнаты, но не опустился на диван, а усадил на широкий подоконник и, глядя прямо мне в глаза, принялся медленно расстёгивать пуговки моей рубашки. Страстно, словно не виделись очень долгое время, мы целовали друг друга, попутно устраняя ненужные сейчас элементы одежды.
— У тебя такие холодные руки… Ты замёрзла? — заботливо прошептал Даня, по очереди целуя каждый мой пальчик.
— Они не холодные. Просто это ты — горячий финский парень, — прошептала я в ответ, с любовью разглядывая его лицо.
— Горячий, говоришь? — взгляд Богдана затуманился, превращая и без того серые глаза в бездонный омут, куда я угодила два года назад. В ту же секунду он резко вошел в меня. Я тихонько охнула от неожиданности и от удовольствия нашего соединения. Упираясь одной рукой в подоконник, второй Богдан взял меня за шею, заставляя посмотреть на себя, и произнёс:
— Люблю тебя. Безумно!
И, не давая произнести ни словечка, он вновь поцеловал меня в губы, ускоряя темп своих движений. У меня перехватило дыхание от этой нахлынувшей страсти, от жара наших тел, от безумной любви к своему мужчине. Чтобы не задохнуться, мне пришлось кричать. Громко и чувственно, не стесняясь быть услышанной соседями. Я утопала в наслаждении. Цеплялась пальцами за плечи Богдана, оставляя на них красные полосы, и крепче стискивала ногами его бёдра.
— Боже мой, а как же я тебя люблю! — из последних сил выдохнула я и в этот момент волна удовольствия всё-таки догнала меня, накрыла с головой, ослепляя и оглушая. Даня что-то шептал, уткнувшись в мою шею, но я ничего не понимала…
— Вот теперь я действительно голодный — в прямом смысле этого слова, — произнёс Богдан, выходя из душа.
— Замечательно. Только, пока мы с тобой были заняты, наш ужин в духовке успел пригореть, — огорченно вздохнула я, рассматривая свой кулинарный шедевр, который должен был стать вкуснейшей картошечкой с куриным филе и овощами.
— Сильно?
Даня подошел ко мне и взглянул на блюдо.
— С виду кажется съедобным.
— Это сверху. А внизу всё горелое.
— Значит съем верхушку.
— А вдруг невкусно? — смутилась я.
— Вот как раз и проверю, — Богдан поцеловал меня в макушку и сел за стол.
— Что ж, герой, сам напросился! — не сдержала я усмешку, всё-таки положив ему на тарелку нормальные кусочки картофеля и филе. Сама есть не стала: налила себе чай, взяла шоколадку и устроилась напротив Дани.
— Ну, как оно?
— Очень даже вкусно! — откликнулся тот с набитым ртом.
— Тогда приятного аппетита. Кстати, а что ты мне говорил — там, у окна? Я не расслышала, голова была кругом.
— Я говорил о том, как мне с тобой повезло и какая ты страстная тигрица, — улыбнулся Даня в ответ и бегло взглянул на свои плечи, где красовались полосы от моих пальцев и ногтей, — А вот и доказательства!
— Ничего, до свадьбы заживёт, — игриво подмигнула я ему. Богдан моментально нахмурился и мне совершенно не понравилась его перемена настроения.
— Я бы хотел, чтобы ты как можно скорее стала моей женой, — произнёс Даня, — Но оказалось, что оформить развод с Тиной не так-то просто.
— Почему?
— Потому что одним днём не разводят, когда девушка беременна. Дали месяц на «подумать».
— Ну и ладно. Месяц — это ерунда, — пожала я плечами.
— Проблема в том, что наше заявление могут и отклонить, наложив мораторий на развод в течение года.
— С чего вдруг?
— Потому что нельзя так просто уйти от беременной жены.
— Даже если не ты отец ребёнка?
— Доказательств-то нет, — развёл руками Богдан, — Слова к делу не пришьешь.
Я невольно вспомнила предсказание Ольги о том, что в ближайший год у нас с Даней не будет свадьбы. Неужели этот шуточный карточный расклад оказался правдивым?
— Малыш, ты только не огорчайся, ладно? — ласково произнёс Богдан, коснувшись моих волос, — Во-первых, Кристина сама подала заявление о разводе, а это уже даёт большие шансы на то, что его одобрят через месяц. А во-вторых, мы всё равно будем жить с тобой вместе — Тина уже переехала назад к маме.
Я перехватила его руку и ободряюще сжала, улыбнувшись уголками губ.
— Всё в порядке. Главное, что ты теперь рядом со мной. Штамп в паспорте не так уж и важен.
Богдан поцеловал мою ладошку и спросил:
— Кстати, что будем решать: ты вернёшься в Псков или хочешь остаться в Питере?
— А тебе самому хочется сюда переезжать?
— В принципе, мы с Мишей думаем о том, чтобы открыть и здесь парочку наших антикафе. Хотя, наверное, в Пскове мне всё-таки уютнее.
