-Капитан Льюис, ваш легит в полном составе? Хорошо. Во-первых, я хотел бы поблагодарить всех вас и каждого в отдельности за то, что вы совершили великое дело – вы спасли мою дочь, законную и единственную наследницу, от преступных замыслов нашего общего врага – графа Анедо. Это действительно подвиг, и я не останусь в долгу – сегодня вечером вас ждет банкет, не переживайте, «лишних» людей на нем не будет – лишь вы и Ее Высочество Мирия. Но это не все. Должен сказать, вчера вы были переведены на должности, многим более ответственные, чем занимаемые вами ранее – и не каждый из вас был готов к такому, но, повторюсь, не хочу быть неблагодарным и создавать вам дополнительные трудности… Надеюсь, вы обратили внимание на автомобили, стоящие на парковке правого крыла – так вот, они ваши, в полном пользовании и навсегда. Это мой скромный подарок вам за вашу службу.
Майкл с интересом наблюдал за своим легитом – конечно же, они обратили внимание на шеренгу сверкающих на солнце новеньких спортивных автомобилей новейших моделей – и завистливо ухмыляясь, спорили, кому они могли бы принадлежать. Но сейчас, в данную минуту, глаза их сверкали новыми горизонтами, и они уже были преданы Правителю душой и телом.
-Рты закройте. – Прошептал Тайлер тем, кто был ближе. – Его самого такой подарок не удивил, он уже знал все заранее… не удивил, но порадовал.
-Гранлиит Тайлер, - Эдвард обратился непосредственно к нему. – Надеюсь, вы понимаете, какие обязанности возложены на вас лично? Объясню: капитан, отвечающий за безопасность высокородной персоны, в данном случае, моей дочери, в первую очередь обязан лично защищать ее, в то время, как вы должны технически координировать и направлять свой легит в случае выполнения вами непосредственных обязанностей. В целом, конкретно для вас, Майкл, ничего не изменилось, кроме того, что теперь вся ваша деятельность будет направлена исключительно на обеспечение безопасности моей дочери.
-Да, Ваше Величество. – Майкл склонил голову. – Благодарю за оказанное нам доверие.
Тери лишь хлопал глазами, как и все остальные – что поделать, Тайлер куда более подходил на роль собеседника Правителя планеты – своей учтивостью, своим умом и грамотностью; да и на роль капитана тоже, Джонс был прав, но объектом охраны была Мирия… Ради нее он готов был вынести и придворный этикет, и другие жутко раздражавшие его вещи, с которыми так легко справлялся Майкл, будто бы всю жизнь проживший во Дворце каким-нибудь министром.
Он поймал на себе пристальный взгляд Тайлера – Правитель откланялся, и теперь можно было расслабиться.
-Я, пожалуй, пойду. – Заявил Льюис, неуверенно посматривая на Майкла.
-Конечно, капитан, увидимся вечером.
-А что сейчас делать им? … - Тери неуверенно, как дошкольник, спрашивал старшего приятеля насчет собственного легита.
-Я разберусь. – Майкл был так непринужденно уверен, что Льюис даже ему позавидовал.
-Эй, Тайлер, а что с «поляной» - то делать? – Парни все еще косились на ломящийся от вкусной еды стол.
-Уничтожать. Это наш завтрак… Здесь так принято. – Улыбка гранлиита была самодовольной.
-А чего раньше не сказал?! …
Леттеры всей гурьбой налетели на еду, как саранча, набивая по ходу рты и пытаясь уцепить как можно больше лакомых кусочков.
-Хотел выбрать самое лучшее. – Сейчас Тайлер был самой непосредственностью. – Без ваших похмельных слюней.
Тери не участвовал в общем обжорстве, он спешил к Мирии, для себя отметив только одно – хоть он и стал официально капитаном, но командовал здесь все равно Майкл. И ему это по большому счету казалось безразличным. Его место было рядом с принцессой, и впереди их ждали бесчисленные дни и ночи. Особенно ночи…
Эту ночь девушка почти что не спала – и ничто, не мягкая кровать, ни шелковое белье не могли ей дать почувствовать тот уют или покой, к которым она была привычна, мысли все чаще возвращались к их с Морисом кровати, к страстным объятиям и долгим поцелуям.
Тери тоже не спал, Мирия слышала, как он ворочается в своей постели, то вставая, шлепая босыми ногами по полу, то вновь ложился – и так до бесконечности.
Единственное, что немного успокоило принцессу – это теплая ванная, и она готова была провести в ней остаток жизни.
Слезы от жалости к себе то и дело пытались вырваться наружу, и она то сдерживала их, то давала волю – и вновь успокаивала себя мыслью, что все еще может измениться.
Утром ей принесли завтрак, но к нему она не притронулась. Тери не маячил перед глазами, его просто не было. С горничными Мирия обошлась сурово, выгнав их одну за другой, и запретив трогать ее вещи и заправлять за ней кровать.
