Табак и звезды полностью

Свобода от привязанностей – черта Человека Мира.

Он не бегает за девочками, потому что успевает за ними везде.

У Человека Мира нет одной единственной, за которой тот ухаживает.

Человек Мира ухаживает за всеми.

Человека Мира никто никогда не раздражает, потому что он всегда помнит:

каждый человек чист.

А в чужих лицах Человек Мира видит чужих и своих

отцов.

– Я выбрал томатный сок, – говорил Человек Мира, – я выбрал его,

ибо не всем он нравится.

– Слепой может ни разу не споткнуться,

а зрячий может спотыкаться о каждый камень,

– сказал Человек Мира. – Зачем вы ругаетесь?

Вы споткнулись?

Вставайте, отряхнитесь и идите дальше.

– Понюхай цветочек, – говорит Человек Мира.

– А теперь скажи, что ты услышал.

Потрогай камень.

А теперь скажи, какого он вкуса.

Послушай шум листвы.

А теперь скажи, что ты увидел.

– Меня интересуют два брата: Иисус и Будда, – сказал Человек Мира. – Что есть Бог?

Какая разница?

Смотрите в себя,

вот что говорили Будда и Иисус.

– Я вижу Истину в тапках у спальника и в грязи на рубашке.

Истина видна в щебетании птиц

и слышна в тишине лесной листвы.

– Жизнь не кончается ни на запахе первых пеленок, ни на аромате последних цветов, – объясняет Человек Мира эти симметричные мысли.

– Почувствуй радость овец и ягнят божественного пастуха!

В пятницу утром Вадим не пришел на работу. В четверг заглядывал патруль Первой Полиции, снова не нашел ничего серьезного, исправив только пару публикаций. Вадим подумал, что пятница будет свободна для действий. Полем боя должна была стать бывшая колония для пожизненно осужденных. Теперь колония была отелем. В эти отели бывших тюрем заселяли всех подряд. Приличествующий ремонт, неплохие условия – бездомные с радостью занимали такие Гостинарии по всей стране.

Но пережитки прошлого давали о себе знать. В подвале этой и еще некоторых тюрем на территории Общей России располагалось оборудование, оставленное там на крайний случай. По данным разведки Сопротивления, в подземных помещениях Гостинария “Белый лебедь” находилось пси-оружие на случай побега заключенных и генератор электромагнитного излучения, который смог бы отключить всю технику в радиусе десяти километров. При поддержке знатоков из Сопротивления эту глушилку можно было усилить до такой степени, чтобы весь Город погрузился во тьму.

Вадим играл самую важную роль в плане – ведь из Сопротивления только ему снизили требования к мыслям, гормональному фону и передвижению по территории страны. У ворот Гостинария Вадим усмехнулся: все начиналось с простого шагомера, с простой программы, которая следила за местоположением человека, перемещением телефона в пространстве, и считала количество шагов. Теперь же постоянная слежка, даже никаких договоров о согласии подписывать не надо. Вадим прошел внутрь пустого здания Гостинария и снова усмехнулся: все начиналось с шагомера.

Внутри никого не было. Газета “Правда” и “Российская газета” по плану первого этапа должны были отвлечь весь народ от “Белого лебедя” – им это удалось. Вадим и Сергей постарались на славу – создали празднование Всемирного дня окружающей среды на пустом месте, сдобрив все новостные каналы вставками и двадцать пятыми кадрами о необходимости не только защищать окружающую среду, но и посещать празднование в самом центре Города.

Вадим беспокоился о том, что новости о нападении под Саратовом испортят весь эффект – и, возможно, так и было – но Гостинарий опустел. Камеры были отключены – Марк нашел в системе “Белого лебедя” уязвимость нулевого дня.

– Это означает, что о ней еще никто не знает, – Марк многозначительно посмотрел на Вадима, пока тот пялился в экран ноутбука, пытаясь что-то понять среди строчек кода. – У разработчиков программного обеспечения было ноль дней на устранение уязвимости… потому что они о ней не знают. Нам нужно успеть воспользоваться…