Прежде чем Гарри успевает спросить, кто ещё с ними пойдёт, он подмигивает и шустро скрывается за дверью.
***
Впрочем, догадаться, кто ещё окажется на этой маленькой вакханалии, не так уж и сложно. Когда Гарри выходит на крыльцо в назначенное время, его уже ждут Марк, Панси, Нотт и Драко. По их словам, Забини с Гойлом застряли в ремонтируемой комнате.
По привычке Гарри пытается расспросить, каков план, однако по пути к антиаппарационному барьеру четверо слизеринцев лишь загадочно улыбаются, и становится понятно, что сегодня его ждёт нечто запоминающееся.
Порт-ключи перебрасывают их в пустую тихую подворотню, и Гарри даже затрудняется сказать, в каком районе Лондона они очутились. Он уже собирается выйти на улицу и осмотреться, но Марк хватает его за рукав.
— Подожди, ты забыл самое главное. Конспирация! — в руке Гарри появляется продолговатый пузырёк с тёмной густой жидкостью внутри. — До дна! — усмехается Марк и опрокидывает в рот зелье из своего пузырька.
Вздохнув, Гарри заставляет себя проглотить самое отвратительное на вкус зелье — Оборотное. Он не имеет понятия, чей волос внутри, и невольно опасается, что слизеринцы решили подшутить над ним и сейчас он превратится в какую-нибудь смазливую блондинку или немощного старика, однако уже через минуту из отражения в тёмном стекле дома на него смотрит симпатичный парень, на вид лет двадцати пяти. Спрятав в карман очки и оглядев новые образы своих спутников, Гарри отмечает, что волосы для зелья были подобраны как нельзя удачнее. Драко стал высоким молодым человеком с каштановым каре, Марк и Нотт превратились в двух ничем не примечательных юношей, а Панси теперь выглядит как самая обычная маггловская девушка. Да и вообще весь их квинтет создаёт впечатление компании молодёжи, уже достаточно взрослой, чтобы не спрашивали документы, но и довольно юной, чтобы не удивлять посетителей бара большим количеством выпитого или громкими разговорами. Ни на одном новом лице нет характерных черт или примет, которые можно было бы запомнить.
— Теперь ты, наверное, понимаешь, почему у нас в ходу маггловская одежда? — хмыкает Марк и выходит из подворотни на улицу.
Пятёрка быстро приближается к яркой вывеске ближайшего бара. Войдя внутрь, Гарри видит, что это совершенно заурядное заведение. Таких баров в Лондоне несколько сотен. Зал, разумеется, прокурен; публика разномастная: от молодых девиц в неприлично коротких юбках до закоренелых полупьяных бородатых мужчин в кожаных куртках; кто-то катает шары у бильярдного стола, кто-то играет в карты, кто-то просто сидит, тихо напиваясь за барной стойкой.
Бойкий Нотт прокладывает дорогу к одному из столиков, за которым спит одинокий старик, стаскивает его со стула и выпроваживает куда-то в толпу. Панси садится за стол, брезгливо сморщив курносый теперь носик. Не успевает и Гарри устроится на своём месте, как словно из ниоткуда возле них вырастает Марк, с трудом удерживая пять здоровенных кружек пива. Они заполнены едва ли на три четверти, видимо, остальное оказалось на его куртке, от которой теперь исходит характерный запах.
Сев и довольно крякнув, Марк закуривает.
— Что дальше? — неуверенно спрашивает Гарри, принюхиваясь к пиву и жалея, что оно не сливочное.
— А дальше, дамы и господа, — кривится Нотт, — мы пропускаем ту часть программы, в которой долго и нудно объясняем Гарри значения слов «сидеть просто так», «отдыхать» и «развлекаться».
— Молодец, — салютует ему Марк.
— В общем, Марк, просто за тебя, — серьёзнеет Нотт. — За то, что ты есть, за то, что остался, и за то, что для нас всех сделал.
— За тебя! — подхватывают Панси и Драко, и Гарри, кивнув в знак согласия, чокается вместе со всеми и делает несколько солидных глотков пива.
Час пролетает незаметно, поэтому вскоре всем приходится проглотить ещё по пузырьку припасённого Оборотного зелья. Пару раз Нотт отправляется к барной стойке, чтобы принести ещё выпивки, и в итоге Гарри не может точно сказать, сколько он выпил. Марк принимается травить какие-то факультетские байки, и он не без мстительного удовольствия слушает истории о том, как его бывшие сокурсники проносили огневиски из Хогсмида мимо Снейпа. Вообще, вдоволь наслушавшись о слизеринской жизни, Гарри приходит к выводу, что не так уж сильно их годы обучения отличаются от его собственных. Тренировки по квиддичу, разногласия в команде, недовольство Гарри Поттером, который, разумеется, в очередной раз поймал снитч и всё испортил, ночные шатания по замку, отработки у Филча и Снейпа, который, как выяснилось, своих студентов гонял ещё сильнее, чем гриффиндорцев, тайные вылазки в Хогсмид, первые поцелуи и свидания и снова Снейп, которому, конечно же, удавалось появляться в самый ответственный момент. До войны жизнь в зелёных тонах практически ничем не отличалась от жизни в красных. В течение пары часов Гарри окунается в воспоминания о школьных годах, словно заново проживая их, но только смотря на все события чужими глазами. А ещё ему впервые удаётся увидеть выпившего Драко.
