— Я вижу полный стакан коньяка, — усмехается Риддл и взмахивает рукой. Взлетевшая с пола ткань накрывает зеркало, плотно укутывая.
Гарри опускает голову и натыкается взглядом на дневник на столе.
— Я нашёл ещё кое-что, — решает признаться он. — Ваш дневник. Он снова цел. Как?..
— Слёзы феникса. Я не думал, что они помогут, но… как видишь.
— А зачем он вам? — спрашивает Гарри, осмелев.
— За ненадобностью, — ухмыляется Риддл. — Дамблдор покидал кабинет в такой спешке, что после него осталось немало интересных вещей.
— Как, например, Хроноворот? — он с лёгкой грустью смотрит на разбитый артефакт.
Не ответив, Риддл подходит к чёрной шкатулке, которую он не рискнул открыть, и проводит ладонью по крышке. Гарри уже готовится оправдываться и заверять, что больше ни к чему не прикасался, но Риддл, видимо, и сам это понимает, потому что молча покидает комнату, и Гарри выходит следом.
Он закрывает помещение и взмахом палочки левитирует стол с креслами на прежнее место. Гарри следит за его действиями, неловко топчась в стороне, а затем берёт со стола «Основы тёмной магии» и неуверенно протягивает ему.
— Ваша книга.
— Оставь себе, если понравилась, — морщится тот, и Гарри машинально прижимает фолиант к груди. — Но нужно чётко понимать одну вещь, — вдруг произносит Риддл таким тоном, словно продолжает прерванную беседу. — Тёмная магия опасна не для того, к кому применяется, а для того, кто её применяет. Неосторожное отношение к ней может не только покалечить, но и превратить мага в сквиба. Вас пугают тёмной магией ради вашей же безопасности, наивно полагая, что даже самые любопытные студенты проглотят нелепое объяснение и успокоятся. Но эти студенты пытаются освоить азы тёмной магии самостоятельно и либо заканчивают плачевно, либо добиваются больших успехов. — Гарри отмечает, что последняя фраза прозвучала самодовольно. — Использование человеческих ресурсов действительно может быть опасным. И речь тут не о чужой крови или жертвоприношениях. Речь идёт о собственной душе, частичку которой тёмный маг вкладывает в наиболее сложные заклинания.
— Так и получаются призраки в дневниках? — догадывается он, и Риддл с улыбкой кивает.
— Если ты дочитаешь книгу до конца, то поймёшь, как любое светлое заклинание превратить в тёмное.
— В теории, — вырывается у Гарри.
— Осознанно я сотворил первое тёмное заклинание, когда мне было пятнадцать, — отвечает Риддл прохладно. — До этого четыре года я позволял себе лишь читать о тёмной магии. Ладно, Гарри, уже поздно, — добавляет он, глядя на часы. — Иди. Ты проделал большую и полезную работу. Я доволен.
— Значит, вы… Вы не сердитесь? — тихо спрашивает он.
— Я просто в бешенстве, — так спокойно произносит Риддл, что губы Гарри трогает лёгкая улыбка. — Впрочем, я рад, что у тебя хватило ума не прикасаться к другим, более опасным артефактам и книгам, потому что с моей стороны было бы глупостью полагать, что ты можешь сдержаться и не полезть, куда тебя не просили.
— Простите, — ещё раз говорит Гарри, но уже без страха. Он разворачивается, чтобы идти, но останавливается в дверях и неожиданно для самого себя тихо добавляет: — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Гарри, — мягко отвечает Риддл и достаёт из ящика свитки пергамента.
Решив больше не мешать ему, Гарри выходит из кабинета и тихо прикрывает за собой дверь. Он уже спускается по лестнице до четвёртого этажа, когда слышит приближающиеся снизу шаги. Он идёт быстрее, но, очутившись на третьем этаже, видит поднимающегося навстречу Снейпа. Тот останавливается на секунду, недовольно поджимает губы, заметив книгу, а потом молча проходит мимо, и Гарри чувствует, как в его горячую ладонь втискивается знакомая на ощупь конфета.
Оказавшись в спальне, он идёт в ванную, включает воду и срывает с шоколада обёртку. На серебристой поверхности появляются маленькие буквы:
«Гарри, Северус сказал, что магия Волдеморта оказывает на тебя сильное воздействие. Что бы ни случилось, не поддавайся его влиянию, не верь тому, что он говорит — он лишь старается запутать тебя и сбить с толку.
К нам присоединился Лавгуд. У него есть кое-что, что поможет нам осуществить план быстрее, чем мы думали. Дождись инструкций.
Помни, на чьей ты стороне, и стремись к своей цели. Я верю в тебя.
P.S. Угощайся».
Записка отбрасывает Гарри на пять лет назад, когда ему так же не желали рассказывать ничего определённого. И тогда на это была, пусть нелепая, но причина. Сейчас же слова Дамблдора выглядят как недоверие. Конечно, писать на обёртке от шоколада что-то конкретное опасно, но он мог передать детали хотя бы через Снейпа.
Больше не перечитывая послание, Гарри комкает обёртку и кидает в раковину. Затем несколько секунд смотрит на конфету в руке, чувствуя, как приятное лёгкое настроение вечера быстро растворяется, словно туман, и бросает шоколад в унитаз.
Пройдя в спальню, он раздевается и, забравшись на кровать, устраивается удобнее на подушках, чтобы раскрыть на коленях «Основы тёмной магии» и погрузиться в чтение.
Глава 10. Неожиданная встреча
