Таблетка от реальности полностью

Фреду не суждено договорить. Эйсто бросается на него раньше, толкает в грудь и валит Фреда на мокрый асфальт. Бьет его в лицо под визги Стеллы и Майли. Бьет снова, вколачивая кудрявую голову в лужу. Вода в ней становится красной.

– Эйсто, прошу, остановись! – Я снова бросаюсь сверху ему на плечи и кричу не своим голосом. – Ты его убьешь!

Мои последние слова заставляют Эйсто замереть над телом Фреда. Он прерывисто дышит. Его грудь вздымается высоко и часто. Он плавно встает с колен, но я не выпускаю его из объятий. Обхватываю Эйсто со спины и прижимаюсь лицом между лопаток. Мои глаза полны слез. Я всхлипываю и вжимаюсь в его спину сильнее. Чувствую, как подобно ударам его кулаков, в груди Эйсто грохочет сердце. Мое не отстает ни на секунду.

Эйсто накрывает мои ладони своими, сжимает их и поворачивается ко мне лицом. Его кулаки разбиты. По костяшкам пальцев струится кровь. Он аккуратно касается моего лица. Я чувствую дрожь его рук, когда большие пальцы Эйсто бережно подтирают слезы под моими глазами.

– Ты напугал меня… – шепчу я.

– Прости… – Его окровавленные пальцы ловят мои слезы. – Прости меня.

– Какого черта?! – орет Стелла, но Эйсто даже не дергается. Он смотрит только в мои глаза.

– Эйсто, ты больной ублюдок! Психопат! – выкрикивает Майли, несясь к телу Фреда.

В этот момент мне становится плевать на все происходящее вокруг.

Да, эгоистично. Но мне плевать.

Я хочу только его губы на своих губах.

Плевать, кто увидит. Плевать, что скажут или прокричат. Плевать на Стеллу. На Фреда. На Майли. Плевать на весь гребаный мир.

Я встаю на носочки и тянусь к лицу Эйсто. Хочу поцеловать его. Но вовремя замечаю размах мужской руки за его спиной.

Не думая, резко отталкиваю Эйсто в сторону. Удар приходится мне в висок. Я теряю равновесие. Падаю на асфальт и переворачиваюсь на живот, утыкаясь лицом в лужу. Промозглый запах ударяет в ноздри. Мои светлые волосы мокнут в грязной дождевой воде.

Эйсто.

Слышу, как его голос срывается на крик, но не могу разобрать ни слова.

Я с трудом поворачиваю голову, но не вижу его лица. Меня слепит яркий прожекторный свет. Глушит громкий гул, похожий на свист шин.

Мне не хватает сил встать.

Я беспомощна.

Мне страшно.

Я хочу закричать, но на меня резко обрушивается мрак.

Я умерла?

Все еще слышу, как разрывается от крика голос Эйсто.

Он обрывками проникает в сознание, и темнота, сгустившаяся перед глазами, рассасывается.

Я резко открываю глаза и не сразу осознаю, что они затянуты слезами. Я пытаюсь сфокусироваться, медленно моргаю, но разъедающий свет фар будто застыл перед лицом, и он слепит меня до сих пор.

Чувствую, как ломит все тело. Я трясусь. Руки колотятся как от болезни Паркинсона. Горло дерет от сухости, и я не могу выдавить из себя ни слова.

Я уже вернулась?

Слышу размытые голоса, но не могу отличить один от другого, как будто они только в моей голове и пытаются свести меня с ума.

– Вивьен… – Первое отчетливое слово. Я начинаю часто моргать, как делают, когда пытаются избавиться от ресницы, попавшей в глаз. – Вивьен, все в порядке? – Голос четче. Родной. Любимый. Голос Эйсто.

– Эйсто… – Наконец-то размыкаются мои губы.

– Что с тобой? Ты в порядке?

– Да… – Я вижу его красивое лицо. – Ты… Бесподобен, – шепчу одними губами, и он улыбается.

– Что она там бормочет? – тут же вмешивается Стелла, высовываясь из-за плеча Эйсто.

– Она бредит. – Эйсто по-прежнему не отводит от меня глаз.

Я еще раз отмечаю, что его улыбка – самое прекрасное явление на планете, наравне с северным сиянием или раскинувшимся в ночном небе Млечным Путем. Я видела. Мы с ним видели. И это не было так красиво, как он улыбается мне прямо сейчас.

– Кажется, кто-то набрался быстрее всех, – смеется Фред.

– Прости, что в этот раз отобрала у тебя призовое место. – Приходится оторвать взгляд от лица Эйсто.

– А нет, все на своих местах. Привет, старая-добрая Ви. Смешать тебе еще один коктейль?

– Лучше чистый.

– Моя девочка.

Фред такой же, как всегда. Альтернативная агрессивная версия моего друга исчезла вместе с провальным вторым «Погружением». Не могу поверить, что такой расклад событий вообще был возможен. Не могу поверить, что Фредс – мой лучший и самый близкий друг, беззаботный кудрявый сердцеед, способен на подобные перемены. Нет. Он не мог. Он бы никогда так не поступил со мной. Он бы не обидел. Не предал. Точно не меня.

– Фредс, ты в порядке? – Я замечаю, как он внезапно морщится, растирая ладонью затылок.

– Блин, перед глазами потемнело… Как будто меня чем-то огрели по голове.

Меня бросает в дрожь.

Он не может что-то помнить или чувствовать. Не может.

– Да, фигня, – продолжает кудрявый, натягивая на лицо глупую улыбку, и делает глоток виски. – Может, резко дернулся. Все в норме.

Нужно обязательно проверить кривую мозговой активности. Нельзя ссылать это на совпадение.