– Он – нет! – запротестовал хозяин кафе. – Ничего плохого он у нас не нашел!
– Тогда почему он вам так запомнился?
– Почему? – хозяин кафе выглядел теперь очень смущенным. – Потому что он очень просил про свой визит никому ничего не говорить.
Мы трое недоумевающе переглянулись.
– Слушай, парень, ты бы кончал нам мозги морочить, – сказал Костя Шилов сурово. – Если врач пришел с плановой проверкой от санэпидстанции, как же он мог просить об этом никому не говорить?
– Так в том-то и дело, что это была никакая не плановая проверка! – закипятился хозяин кафе. – Он как бы частным образом пришел. И очень просил о своем визите никому не говорить. Иначе, сказал, нам же хуже будет.
Я нервно вздохнула, чувствуя, как приливает к сердцу радость: мы снова напали на след таинственного расследования санитарного врача.
– Так, и чем он интересовался? – спросила я. Но хозяин кафе медлил с ответом.
– Давай-давай, не дури! – подбодрил его Гурьев. – Рассказывай нам, что он от вас хотел. Ты же не дурак, сам понимаешь, что Верейский под кого-то копал и этот кто-то про это узнал и его грохнул. И где гарантии, что этот кто-то не начнет убивать всех подряд, кто хоть что-то про это знает?
– Вот и надо сидеть тихо, – возразил хозяин кафе. – А то и вас прикончат, как санитарного врача!
– Опоздали вы с этими советами! – сказала я. – Мы уже по уши в этой истории, и сюжет как в старом фильме про Октябрьскую революцию: или мы его, или он нас, а середины нет! Так что, давайте, не молчите. Сообщите нам о какой-нибудь ниточке. Ведь Верейский не только беседовать к вам приходил, он брал пробы продуктов на анализ, верно?
– Да-да, брал, – поспешно заверил нас хозяин кафе. – Только не то, что мы сами здесь готовим, а привозное.
– Привозное?
– Понимаете, часть ассортимента нашего кафе мы готовим на месте, вон там у нас кухня, – он указал куда-то в неопределенном направлении. – Но кое-что мы закупаем у небольших частных предприятий по производству продуктов питания.
– Тоже с Кавказа, как и вы? – спросил Валера ехидно.
– Нет, почему? – хозяин кафе смотрел хмуро. – Ваш Верейский интересовался как раз русскими хозяевами частных предприятий.
– Так кем именно он интересовался и почему?
– Есть тут у вас в городе такой цех по производству мясных тефтелей, пельменей, котлет, – хозяин кафе говорил медленно и неохотно. – Называется «Смарагд», держит его русский, Клещев его фамилия, Дима, жирный такой, как боров.
– Клещев! – ахнула я. Оба моих спутника нахмурились, хозяин кафе снова смутился.
– Что, знакомы с ним? – спросил он.
– Ирина была знакома, – отозвался Гурьев, криво усмехнувшись.
– А теперь?
– А теперь Дима Клещев убит, и, похоже, совершил это тот же человек, который прикончил санитарного врача.
Теперь хозяина кафе, видимо, не держали ноги, и он устало опустился на стул возле стола. Недолго думая, мы последовали его примеру и уселись на потертый диванчик, стоявший у стены.
– Слушайте, люди добрые! – проговорил наконец содержатель кафе. – В какую беду вы меня тащите, а?
– Поздно спохватился! – весело ответил Валерий. – Кое-что ты нам уже разболтал, достаточно, чтобы тебя за это грохнуть. Так что теперь ты абсолютно ничего не теряешь, рассказав нам все остальное.
– Что – остальное? – вскинулся хозяин кафе. – Я больше ничего не знаю!
– Врешь, знаешь! – Валера широко, во весь рот ухмыльнулся.
– Верейский ведь не просто так заинтересовался фирмой Димы Клещева, – заметила я. – Наверняка там что-нибудь случилось, вот наш санитарный врач и начал копать.
– И я ни за что не поверю, – сказал Гурьев ехидно, – что ты про эту историю ничего не слышал. Иначе не велел бы гнать нас в шею позавчера, едва мы заикнулись про Верейского!
Вид у кавказца сделался отчаянно затравленный. Некоторое время он беспомощно переводил взгляд с одного из нас на другого, потом, видимо, не найдя сочувствия ни на чьем лице, устало вздохнул:
– Ладно. Только обещайте мне, что никому не скажете, от кого вы все это узнали!
– Обещаем! – тут же выпалил Валера. Казалось, хозяин кафе пожалел, что высказал эту свою просьбу.
– Понимаете, месяца два назад это было, – начал он. – Тогда в больницы города поступило сразу несколько больных со случаями тяжелого пищевого отравления. Начали разбираться, выяснилось, что отравились они все одним и тем же: мясными тефтелями, которые съели в самых разных кафе города.
– В вашем тоже? – спросил Валера.
– В нашем нет, – хмуро отозвался хозяин. – У всех тех кафе, как мы узнали потом, тут же отобрали лицензии. Их больше нет, тех заведений.
– Понятно, – сказала я. – И то, чем все эти люди отравились, производилось на предприятии Клещева, да?
Кавказец посмотрел на меня изумленно, потом озадаченно покачал головой.
