Нация вымирает, и он не находил причины, она была спрятана глубоко в истории. Полутены ничем не отличались от роботов, охранники могли создать семью, но без операционной поддержки, охранники вырождались, превращались в полудикие существа. Когда законы общества не работают, государство умирает. Биороботы погибали тысячами на диких необустроенных планетах, но их можно было восстановить, с охранниками было посложнее, но полутены уже научились создавать гибрид охранника и биоробота. Полутены не восстанавливались, женщин было мало и после бурных лет молодости, они не способны были произвести здоровое потомство. Система здравоохранения отбраковывала большую часть новорожденных. Император не любил окунаться в историю, он знал почему так случилось. Анубис был из числа тех, кто пытался изменить мир, и полутены выкинули его за пределы вселенной. Анубиса засекли датчики на границе Млечного пути. Он был игрушкой в руках рептилиоргов, потом он попал на планету тысячи имён. Здесь он и раскрыл свои дарования: он смог создать само воспроизводимые биороботы, от мельчайших до сложных. Он создал человека, он создал всё, способное развеселить рептилиоргов. Последнего рептилиорга «весёлые» биороботы загнали в пещеру и забросали камнями, а самого полутена сожгли на костре, как исчадие ада. Император знал, что Анубис мертв, и сказка про владыку преисподней, всего лишь была сказкой. Он ждал вестей с Земли. Земля не являлась частью империи, но входила в зону её интересов. Нити кукловодов всегда висели над головами её аборигенов. «Оракул» выдал приемлемый результат для существования империи на ближайшую тысячу лет, и император успокоился.
***
Сегодня было воскресение, так хотелось поваляться. Чья – то рука коснулась моего тела, я приоткрыла глаза, и двойной крик разрезал утреннюю тишину дома. На против меня, в моей постели сидела грязная, расхлябанная кикимора и орала, что есть мочи. Я старалась быть её зеркальным отражением, правда мою чистую ночнушку, не сравнить с её лохмотьями, но в остальном всё правда. Мы орали до тех пор, пока кто-то из соседей не постучал по водопроводной трубе.
– Ты кто? Как здесь очутилась, в моей квартире и в моей постели? Почему ты такая грязная?
Я вылила целый ушат вопросов, получив в ответ:
– Не знаю.
Имя и фамилия мне ничего не говорили. Я погнала незнакомку в душ, придумывая, во что её переодеть. Всю одежду девушки я, не глядя, выбросила в мусор. Через пол часа из душа раздался крик. Сначала выскочила голая девушка, за ней собака с огромным красным тараканом. Потом выплыл пузырь, похожий на накаченную куклу, он так и остался висеть под потолком. В двери постучали, и, не смотря, на то, что они были закрыты на два оборота замка, в квартиру вошли два приличных, ещё не старых мужчины. Одного из них, я кажется, когда-то видела. После душа, я её узнала, Матрёшка обвернулась в накидку для дивана и поливала непрошенных гостей такими словами, что не надо было переводчика. Пузырю надоело висеть под потолком, и женщина опустилась на пол, махнула несколько раз перед глазами Матрёшки и слова застряли во рту этого ещё не высохшего создания. Она первая поздоровалась и назвала себя:
– Неля. А это – мой прадед, Романов. Его друг – Серёжа, и мой бывший свёкр, а это Игл – марсианин, у полутенов нет имён, кроме тех, которые они заслужили.
Неля покосилась на собаку, которая пыталась выдать свой оскал за лучезарную улыбку кинозвезды. Матрёшка, как королева, забралась с ногами на диван, одной рукой придерживая конец накидки, а другой – швабру, захваченную из ванной комнаты в качестве оборонительного орудия. Я так и не поняла, каким образом эта странная кавалькада попала в ванную комнату, но к моей загадочной, заколоченной тайне, прибавилось несколько живых персонажей из мультфильма.
– Я – офицер полиции, находясь при здравом сознании, (не для протокола) подтверждаю, что в этот, свободный от работы день, в мою комнату неведомым путём проникла Матрёшка, которая притащила за собой каких – то полутенов, тараканов, с резиновой говорящей женщиной. Остальные Серёжи, Романовы вошли сами, хотя их никто не звал.
Разрядил обстановку тот, кого воздушный шарик назвал свёкром:
– Пошли чай пить, а то некоторым дамам переодеться нужно, и вообще.
