Она снова бежала кошкой по тайге. И, казалось, она очень хорошо знает, куда ей идти! Ника доверилась интуиции животного. Она чувствовала совершенно чарующий аромат, такой влекущий, такой родной!
Вероника побежала еще быстрей. Пока вдруг не очутилась на проплешине леса. Тонкие сосенки корнями держали срывающийся в обрыв край леса. Вид с холма открывался необыкновенный. Рассвет окрашивал все в оранжево-красное зарево.
Но Вероника не смотрела на вид. Все её внимание было приковано к фигуре молодого мужчины-охотника. Алекс был здесь.
— Я тебя очень ждал! — мягко улыбнулся он.
Ника в два прыжка оказалась рядом. Её разрывало от тысячи чувств: безумной радости и горькой обиды, ликования и злости.
— Где ты так долго была? Я столько раз звал! Мне так много надо рассказать! — в голосе скользили нотки детской обиды. И тут Алекс положил руку на холку зверя. И только теперь Ника поняла, что он руку скорее поднял, а не опустил, дотягиваясь до этой самой холки!
Вероника замерла под прикосновением, таким важным, таким нужным ей сейчас! А потом порывисто развернулась и посмотрела ему прямо в глаза. Теперь они были серо-синими.
— Айсулу, — обратился к ней охотник. — Почему я не могу найти тебя? Почему больше не слышу тебя?! Что случилось?!
И тут сон прервался. Кто-то всеми правдами и неправдами пытался вскрыть вход в палатку. Вероника испуганно натянула одеяло к подбородку, но тут поняла, что уже глубокое утро. Она проспала, а ломится к ней Пашка, а не русалки с оборотнями.
— Вероник, открывай!
Вероника отперла замок, Пашка тут же расстегнул молнию в палатку.
— Что-то случилось? — спросила Ника, чувствуя чудовищную злость на парня, так беспардонно ворвавшегося в её сон, да и реальность тоже.
— Да нет, просто, — засмеялся Пашка, а Ника поймала себя на желании хорошенько так всадить по слишком уж довольной Пашкиной физиономии. — Пошли завтракать!
— Я не хочу есть, — смурно отозвалась Вероника.
— Ну как хочешь, потом только в Иркутске кормить будут.
— Так разве мы сегодня уезжаем?
— Да, Олег Николаевич решил, что баста. Так что, умывайся, собирайся и погнали.
Тут Павел огляделся:
— Слушай…
— Что?
— Да, так, странно очень!
— Так что такое?
— Такое ощущение, что вокруг твоей палатки всю ночь зверь какой-то ходил, круги наворачивал! Смотри, след какой!
Ника взглянула на глубокий след, оставленный огромной лапой.
— Ничего себе! Надо Олегу Николаевичу рассказать! — но вдруг Пашка передумал. — Не, не надо. А то мы вообще отсюда не уедем. А ты ж домой хочешь?
— Угу! — у Вероники волосы дыбом стояли от страха, ночевать здесь еще одну ночь?! Нет уж! Увольте!
Вероника замерла у больших прозрачных окон терминала, глядя на самолет, уносящий команду экологов домой в Москву. Было боязно и тоскливо. С ней в Иркутске остался только Павел. Завтра они пойдут в отделение полиции, подавать заявление на пропажу паспорта. А сегодня…
— Вероничка, купи воды, а я пока сгоняю о такси узнаю.
Вероника растеряно кивнула, Пашка убежал, и только тут девушка поняла, что не может просьбу выполнить. Денег-то у неё совсем нет! Она ж все-все перевела на карту Маргариты! До последнего рубля! И командировочные с зарплатой тоже…
А Маргарита пропала, Вероника пыталась дозвониться девушке с мобильного Олега Николаевича, но тщетно. Видимо, Марго была где-то на полпути к Бразилии. Ника злилась, подруга могла бы и позвонить! Пусть не ей, телефон-то она свой потеряла, а теперь без паспорта даже симку восстановить не сможет. Но хоть Олегу Николаевичу! Но, нет. Марго эгоистично молчала. С ней и прежде такое бывало, но теперь Ника очень сердилась!
— Пойдем, я там машину нашел, — позвал Пашка. — А где вода?
— Прости, я не купила, — Вероника покраснела до кончиков ушей. — У меня денег нет.
— Так только позавчера зарплата была!? — возмутился Пашка.
— Я её Маргарите отдала, — честно созналась Вероника.
— Прям всю-всю? А как ты сама жить рассчитывала?!
Вероника замялась, в тот момент она вообще об этом не думала! Привыкла, видимо, что, живя в палатке, в магазин не ходят.
— Угу, — мотнула головой девушка, но Пашка, похоже, ей не очень поверил… — Можно, ты мне одолжишь, а я постепенно тебе все верну?
— Можно, конечно, — буркнул Пашка и как-то очень раздраженно потер переносицу. Нике было жутко неловко: мало того, что она на шею парню свалилась, так еще и без гроша!
— Спасибо! — как можно дружелюбней улыбнулась Ника.
— Только, смотри, я тебе просто все покупать сам буду. А потом сочтемся.
— Эм, как-то это неудобно, — заметила обескураженная предложением Вероника.
— Неудобно будет, если у нас девчонка сама за себя платить начнет рядом с мужчиной! Потом я просто загляну на счет и скажу, сколько ты мне должна.
Ника согласно кивнула.
— Ладно, пошли, иждивенка моя! — потянул Павел. Ника только шире глаза от удивления открыла. Вроде, они ж договорились?