— Вероника, открывай! — раздалось из-за двери приказным тоном старой училки. — Я знаю, что ты дома. Небось, переодевалась, а тут я. Но ничего, накинь халатик, я подожду.
Ника притаилась мышкой, надеясь, что нежданная гостья оставить попытки взять штурмом её дом. Но мадам и не думала уходить. Вероника даже разозлилась, а вот если бы она была не одна, а с «женихом»?! Какое право имела соседка так себя вести?
Наконец, долбить в дверь перестали. Вероника быстро собрала самое необходимое, грея себя мыслью, что в далеком и незнакомом Иркутске купит новые вещи на выписанную ей премию. Теперь главное в этот самый Иркутск добраться!
Через 15 минут она тихо-тихо открыла дверь квартиры и словно мышка так же бесшумно закрыла… И тут вскрикнула от неожиданности. Прямо напротив, преграждая лифтовый холл, стояла Аида Никаноровна.
— Добрый вечер, — чуть запнувшись, начала Вероника. — Я уже ухожу. А ключи… я не успела дубликат сделать. Как вернусь, сделаю. Ладно?
— Да уж отдавай оригинал, а то затопишь еще кого или, не дай Боже, пожар…
— Нет, не могу. Там… Там вещи мамины.
— Кому ж это старье нужно? — вдруг Аида Никаноровна вцепилась в локоть девушки. — Пойдем-ка на дорожку посидим…
— Да некогда мне, — начала Вероника, но бабка оказалась неожиданно настойчивой. А толкать старушек было бы не вежливо. Не дай боже шейку бедра сломает!
— Идем-идем! — соседка буквально силой втащила Веронику в черную пасть квартиры.
Ника оказалась в темном коридоре, полном старых вещей, пропахшем нафталином и запахом увядания.
— Чего встала как не родная, проходи на кухню! Чаем тебя напою.
— Да некогда мне, самолет у меня…
— Ты ж говорила — поезд!
— Самолет, поезд…, - буркнула Вероника. — Какая разница?
— Ты права, почти никакой! — усмехнулась старушка. Вероника неуютно поежилась. На кухне у бабки все было старое, из света — только тусклая лампочка. — Садись! На дорожку, скажу кое-что важное…
Старуха указала на стул. Делать было нечего, Ника села. Чего важного могла ей сказать соседка, всю жизнь жившая рядом с девочкой? Да ничего. Страшно ей, вот и не хочет она одна оставаться! Ника глянула на экран смартфона, такси будет через пять минут.
— Надо тебе, Вероника, замуж, — начала соседка старую песню. Вероника аж со свистом выдохнула и плотнее сжала зубы. Бабуля тем временем разливала по чашкам чай. — За человека надежного, состоятельного.
— Не те времена, Аида Никаноровна, чтоб замуж выходить за надежных и состоятельных, — Вероника отставила в сторону чашку с чаем.
— Что это тебе времена не те?! — старушка вздернула брови.
— Давайте посидим на дорожку, и мне ехать надо, — не стала пояснять Вероника.
— Никуда тебе не надо ехать! — возразила менторским тоном училка.
— Вот ключи, вы правы. Пусть у вас побудут, — не стала отвечать Вероника.
Аида Никаноровна осталась стоять на кухне, гипнотизируя ключи взглядом. А Ника подошла к двери, дернула ручку, раз-два. Дверь не поддавалась.
— Тут замок… Заклинило, — вынужденно позвала на помощь Вероника.
— С ним случается, — согласилась бабка как в трансе. Потом резко оживилась — Погоди, я сейчас позвоню слесарю.
Ника вдруг разозлилась, телефон пиликнул, напоминая о таксисте. Вероника с досады сунула руку с телефоном в карман джинсов и натолкнулась пальцами на кольцо. Сломать бы к чертям дверь в этой старой берлоге и оказаться в машине таксиста!
Ника выдохнула, голова закружилась.
Она открыла глаза и ойкнула.
— Это вы в аэропорт, девушка? — крикнул таксист.
Ника тряхнула головой. Таааак, видимо совсем с ней плохо стало! Как она здесь очутилась-то?
— Девушка?! — переспросил таксист, уже ругаясь на наглых девиц и сорванные вызовы.
— Я, я в аэропорт! — Вероника буквально влетела в автомобиль. — Едемте скорее, опаздываю!
— Да я вас битых пятнадцать минут жду! — возмутился таксист. — Вы там душ что ли принимали?
— Да нет, с бабулей одной прощалась долго. Вы уж простите!
— Старость надо уважать, молодец, что попрощалась! — прицокнул языком таксист. — Скоро ль самолет? А то весь город стоит…
Ника с ужасом подумала, что если не успеет, то ей придется вернуться. Туда. В старую жизнь…
«Полцарства за козью тропу до аэропорта!» — прогудело в голове.
— Я дам большие-пребольшие чаевые! Едемте скорее, умоляю!
— Ладно. Сморите только, погода-то прям… Нелетная.
Как и предсказывал таксист, пробки стояли жуткие. Тут не то что машине, тут мотоциклисту проехать бы не удалось! Вероника нервничала все больше, глядя на все прибавляющиеся минуты в навигаторе.
Почему-то в голову пришла странная мысль, посвященная соседке. Уж не сглазила ли Аида Никаноровна? Вероника с досады аж зубами скрипнула, надо было у старой ведьмы метлу взять! Наверняка та на Лысую гору каждую ночь катается, а метла как нельзя лучше для этих целей подходит!
Но Ника одернула себя, не хорошо это — старая женщина по-своему заботилась о Нике, была последним живым соседом, знавшим Вероникиных маму и бабушку. Нельзя так о старых людях даже думать.