На подходе к Думской Настя встречает Никиту и Костю, идущих в «Сабвей» перекусить. Перекинувшись парой фраз, мы договариваемся встретиться в одном из баров чуть позже. В районе питейных заведений привычный бедлам, но вместо предвкушения веселья, на душе тяжесть. Не нужно было сюда идти. Не успеваю я предложить Насте по-тихому свалить, как нас подхватывает Макс и уводит в бар, с которого началось мое знакомство со здешними местами. Мы выпиваем пару рюмок, после чего Макс сваливает куда-то со знакомым. В отличие от первого посещения, на этот раз обстановка меня угнетает. Глядя на беснующуюся толпу, я чувствую бесконечное отчуждение, я не хочу быть частью этого.
- Тебе весело? - пытаюсь переорать музыку.
Настя пожимает плечами, «ни то, ни се».
- Пойдем на улицу?
- Пойдем.
На улице мы садимся на гранитные ступени Перинных рядов и со стороны наблюдаем за происходящим. Молодой человек с бутылкой пива в руке навязчиво знакомится с двумя девушками, стоящими в очереди на вход, группа людей пьяными голосами спорит на неведомую остальным тему, ни слова не разобрать, чуть поодаль, парень, облокотившись обеими руками о стену, извергает содержимое желудка на тротуар под одобрительный хохот друзей. Слава богу, Настя смотрит в другую сторону.
- Ты любишь это место? - спрашиваю я.
- Не знаю. Когда-то очень любила, сейчас, наверное, нет. - отвечает она, глядя на медленно проезжающий мимо полицейский Форд «Фокус», - У него какая-то странная энергетика. Прийти сюда - это как аттракцион, но и аттракционы надоедают, если кататься на них постоянно.
- Мда...
- А тебе как? Нравится?
- Сейчас не могу понять, но мне есть за что быть ему благодарным. - говорю я, легко приобнимая Настю за талию.
- В тебя легко влюбиться. Ты чуткий, проницательный и добрый. Я давно хотела у тебя спросить, в чем твоя глубокая печаль? Она огромная в тебе, даже когда улыбаешься, глаза очень грустные.
- Не знаю. Я всегда пытался жить в башне из слоновой кости, но поток говна бьется об ее стены, грозя сломать. - через дорогу два парня начинают толкаться, их разнимают почти сразу. - Кто-то умудряется не замечать его всю жизнь. Я завидую таким людям. Я чувствую себя стариком.
- До тех пор, пока есть люди, способные тебя удивить, ничего не потеряно. Человек стареет, когда перестает встречать интересных собеседников.
- Ты как будто знаешь ответы на все вопросы. - смеюсь я.
- Мне нравится твой смех, правда, ты так редко смеешься...
- Мне кажется, часто смеющиеся люди не менее часто плачут. Это такой естественный цикл: посмеяться, поплакать, снова посмеяться... Без одного нет другого. Я не часто смеюсь, зато плачу еще реже.
- Отлично сказано.
Она смотрит мне в глаза, в голове мелькает мысль о том, что, наверное, именно такие моменты всплывают в сознании на смертном одре, именно ради них люди тащат свои кресты, именно они и есть жизнь...
Мы сливаемся в поцелуе. Настя легонько трогает мою щеку. В полной мере насладиться ощущениями мне не дает застывшая фигура на середине дороги. Я замечаю ее краем глаза, стараюсь не обращать внимания, но фигура слишком внимательно следит за нашими действиями. Расстояние до нее метров десять, но складывается ощущение, будто она нависает над нами. Закончив с поцелуем, я поворачиваю голову, и все внутри мгновенно леденеет... Опустошенным, разочарованным, полным горечи и ужаса взглядом на меня смотрит Флора.
Дыхание перехватывает, желудок сжимается и в первые мгновения меня едва не выворачивает. Чувствую, как кровь отливает от лица. Флора смотрит на меня так, словно увидела привидение. Спустя мгновение, она уже идет прочь.
- Флора, подожди! - я срываюсь с места. Флора начинает бежать. Метров через триста догоняю ее. - Флора, стой! Подожди, пожалуйста. Дай мне объясниться...
Я хватаю Флору за плечи. Одним сильным рывком она стряхивает мои руки с себя.
- Отстань! Оставь меня в покое! - кричит она, продолжая идти. Из глаз у нее текут слезы.
- Ну подожди же ты! Ты не правильно все поняла. Флора, пожалуйста, дай мне все объяснить. - она не сбавляет темпа. Я перестаю бежать. - Вот так все и закончится? - ору вслед.
Флора неожиданно останавливается. Я подхожу к ней. Флора поднимает заплаканные глаза.
- Дай мне объясниться. Пожалуйста.
- Не нужно ничего объяснять. - быстрым движением она вытирает щеки. - Ты мне ничем не обязан. Это я дура, я сама себе напридумывала, что нашла кого-то... кого-то настоящего. Я очень хотела тебя увидеть. Переживала, соответствую ли я уровню, достойна ли... А ты оказался... Ты просто... Никто. Ты никто, Стас. Я не хочу тебя видеть. Пожалуйста, не преследуй меня.
Флора быстрым шагом уходит от меня, я стою, словно вкопанный, смотрю как она исчезает. Навсегда.
Проходя мимо урны, Флора что-то выкидывает в нее. Я провожаю ее взглядом до самого Невского. Не оборачиваясь, она доходит до перекрестка, переходит Думскую и исчезает за портиком Руска.
